ВЕНЕРА. Освоение Венеры. Венерианская гонка

[Брабонт]

Зачем стремиться вперёд, если всегда можно приравнять к себе что-то историческое?

[АниКей]

[АниКей]

Космический архив
Укрощение строптивой: как «Венера-9» и «Венера-10» продолжили штурм «Утреней Звезды»
8 июня 2025 года, 10:00
Игорь Маринин
Полвека назад, в 1975 году, со стартовой площадки №81 космодрома Байконур к планете Венера были запущены аналогичные по конструкции и оснащению автоматические межпланетные станции «Венера-9» и «Венера-10». Первая отправилась в космос 8 июня в 5:38 мск, а вторая — 14 июня в 6:00. Осенью того же года, 22 и 25 октября, посадочные аппараты станций совершили мягкую посадку на освещенной стороне планеты и впервые в истории передали на Землю телевизионные изображения поверхности Венеры. Между тем сами станции стали ее первыми искусственными спутниками.
Содержание
1Новые станции для не «сестры Земли»2Конструкция перелетно-орбитального модуля3Устройство посадочного аппарата4Новая система посадки
Новые станции для не «сестры Земли»
В 1972 году успешной посадкой на поверхность Венеры посадочного аппарата станции «Венера-8» серии 3ВМ, разработанной в НПО им.С.А.Лавочкина, была достигнута цель — отработка мягкой посадки на Венеру. Инженеры предприятия в содружестве с учеными и конструкторами научных приборов Института космических исследований решили разработать для дальнейших исследований Венеры автоматическую межпланетную станцию (АМС) нового, уже четвертого поколения 4В, которая могла бы нести существенно больше научной аппаратуры и проработала на поверхности не менее часа — примерно столько времени было необходимо для передачи на орбитальный аппарат-ретранслятор телевизионной картинки панорамы поверхности планеты.
Запускать станции в пять раз более массивные, чем их предшественницы, можно было не ракетой-носителем «Молния-М» с разгонным блоком 2ВЛ, а более мощной ракетой-носителем «Протон-К» с разгонным блоком «Д-1», уже зарекомендовавшей себя высокой надежностью.
За основу новой серии АМС 4В-1 была принята конструкция марсианских станций серии М-71, запускавшихся в 1971 году под названием «Марс-2» и «Марс-3». При этом базовую конструкцию самой станции и ее посадочного аппарата необходимо было существенно доработать.
К этому времени ученые уже знали, что Венера совсем не «сестра Земли» и на ней невероятно суровые условия: давление атмосферы, состоящей на 97% из углекислого газа, на поверхности в 97 раз больше земного; температура порядка 95 градусов Цельсия. Планету окружает непроницаемый для видимого части спектра слой, состоящий из облаков серной кислоты и пылевых частиц, задерживающих порядка 90% солнечного света. Грозовые разряды превышают земные в десятки раз.
Но эти условия не испугали конструкторов. Новые космические станции 4В были разработаны и состояли из двух модулей — орбитального, а точнее перелетно-орбитального, и посадочного аппаратов.
Конструкция перелетно-орбитального модуля
Орбитальный модуль новой «Венеры» по конструкции близок к перелетному модулю станций «Марс-2» и «Марс-3». Вначале предполагалось, что при подлете к Венере после отделения посадочного аппарата основная конструкция станции выполнит функцию ретранслятора информации и продолжит полет мимо планеты по пролетной траектории. Но конструкторы НПО им. С.А. Лавочкина нашли возможность вывести перелетный модуль на орбиту вокруг Венеры и таким образом создать первый в мире спутник Венеры. В результате из перелетного основной модуль станции стал перелетно-орбитальным.
Основным силовым элементом перелетно-орбитального аппарата является блок топливных баков для несимметричного диметилгидразина и тетраоксида азота. Форма этого блока — цилиндр с двумя выпуклыми днищами. На нижнем днище закреплена корректирующе-тормозная двигательная установка КТДУ-425А с возможностью многократного запуска, которая могла развивать тягу от 9,856 до 18,890 Н для двух коррекций орбиты во время перелета и торможения для выхода на околовенерианскую орбиту.
Здесь же размещен приборный отсек (ПО), имеющий форму тора диаметром 2,35 м. В нем размещены приборы систем автономного управления, ориентации, радиокомплекса, энергопитания, электроавтоматики и терморегулирования. Снаружи ПО находилась научная аппаратура и оптико-электронные приборы системы ориентации. Кроме того, на ПО снаружи крепились сопла вспомогательных двигателей, выступающих из тора.
Навигационная оптика, прикрепленная к внешней части приборного отсека, включала в себя несколько дублирующих друг друга датчиков Солнца, собранных в единый блок, несколько телескопических датчиков звезды Канопус и датчики Земли.
Наибольших изменений коснулась система связи с Землей, так как для передачи информации со своих приборов и с посадочного аппарата орбитальный блок использовался в качестве ретранслятора. Для передачи информации на Землю в дециметровом и сантиметровом диапазонах, сбоку на приборном отсеке, размещена остронаправленная параболическая антенна диаметром 1,6 м д. Рядом с ней разметили шесть всенаправленных спиральных антенн: четыре для связи с Землей и две для связи с посадочным аппаратом. Работа командной радиолинии обеспечивалась спиральной антенной на частоте 769 МГц. Была предусмотрена возможность записи на бортовой ленточный магнитофон для хранения и последующей передачи на Землю 16 мегабайт информации.
Электроэнергией перелетно-орбитальный аппарат обеспечивался двумя панелями солнечных батарей. Благодаря близости к Солнцу их площадь относительно марсианского «предка» уменьшена до размеров 1,25х2,1 м каждая. Но эта же близость потребовала усилить систему терморегулирования, разместив дополнительные радиаторы на фермах крепления солнечных батарей.
Не изменился только бортовой компьютер, работа которого опробована при запусках к Марсу станций серии М-71. В результате всех этих переделок перелетно-орбитальный модуль станций В4 оказался существенно меньше марсианского прародителя. Его диаметр, равный 110 см, стал меньше диаметра его марсианской версии на 70 см, а длина — 2,8 м, что на 1 м короче.
На перелетно-орбитальном аппарате установлена научная аппаратура:

• панорамная телевизионная камера для получения изображений облачного слоя;
• инфракрасный спектрометр для измерения интенсивности полос поглощения атмосферных газов и отражательной способности облачного слоя;
• инфракрасный радиометр для измерения температуры облачного слоя;
• фотометр для измерения яркости облачного слоя в ультрафиолетовых;
• фотополяриметр для измерения яркости и поляризации солнечного излучения, отраженного облачным слоем;
• спектрометр для исследования структуры надоблачной атмосферы;
• фотометр для измерения интенсивности солнечного излучения, рассеянного атомами водорода во внешних слоях атмосферы Венеры;
• спектрометр для изучения спектра свечения атмосферы Венеры в области длин волн от 3000 до 8000Ằ;
• аппаратура для экспериментов по радиопросвечиванию атмосферы;
• магнитометр;
• плазменный электростатический спектрометр;
• ловушки заряженных частиц.

На орбитально-перелетном модуле установлены также приборы для исследования солнечных космических лучей. На верхнем днище перелетно-орбитального модуля размещен переходник, к которому крепится термоизоляционная сфера с размещенными внутри ее посадочным аппаратом и парашютной системой.
Устройство посадочного аппарата
Как было указано выше, посадочный аппарат и парашютная система размещены внутри термоизолированной сферы, защищающей все, что в ней находится, от высокой температуры ударной волны на первом участке входа в атмосферу и обеспечивающей раскрытие парашютной системы. Ее большой диаметр позволил установить вне герметичного корпуса посадочного аппарата научную аппаратуру для изучения на спуске облачного слоя и применить надежное амортизирующее посадочное устройство, которое обеспечивает мягкую посадку при соударении с поверхностью любой твердости.
Основным силовым элементом посадочного аппарата, общая высота которого составила 2 м, является прочный сферический корпус из титана диаметром 80 см, рассчитанный на работу давлении выше 100 атм, покрытый снаружи и изнутри теплоизоляцией. Сверху к сферическому корпусу посадочного аппарата крепится кольцеобразный щиток (как поля у шляпы) диаметром 2,1 м — своеобразное аэродинамическое тормозное устройство. Он применен взамен парашюта, который при посадке мог накрыть иллюминатор телефотометра. Кроме того, этот щиток обеспечивал вертикальное положение посадочного аппарата при посадке и являлся своеобразным отражателем радиосигнала со спиральной антенны.
1 / 9

















Над щитком размещен цилиндрический контейнер диаметром 80 и высотой 40 см с двумя отсеками. В одном из них — научная аппаратура, работающая в облачном слое, в другом — тормозной и основной парашюты. На внешней стороне цилиндра расположена спиралевидная широкодиапазонная антенна метрового диапазона, через которую на орбитальный аппарат станции передается научно-техническая информация на всех этапах спуска и работы на поверхности. К нижней части сферического корпуса крепится посадочное устройство, представляющее собой тонкостенный тор. В момент удара о грунт оболочка этого тора деформируется, атмосферный газ, проникший в нее через отверстия во время спуска, выходит, уменьшая возможный подскок посадочного аппарата.
Внутри последнего на специальной раме установлены бортовые приборы: радиокомплекс с телеметрией, аккумулятор, элементы автоматики, средства терморегулирования, поглощающими тепло тепловыми аккумуляторами на основе тригидрата нитрата лития, а также ряд научных приборов и т. п.
Но главной задачей посадочного аппарата была съемка двумя телекамерами круговой панорамы поверхности планеты. Кроме широкополосного фотометра с тремя каналами видимого и двумя каналами инфракрасного диапазонов для измерения лучистого потока в атмосфере и на поверхности внутри посадочного аппарата разместились:

• Узкополосный инфракрасный фотометр с тремя каналами для сравнения потоков излучения в полосах водяного пара, двуокиси углерода и фона;
• Фотометр для измерения освещенности в пяти спектральных интервалах;
• Фотометр для измерения яркости атмосферы в трех спектральных интервалах;
• Нефелометр для исследования рассеивающей способности атмосферы;
• Датчики давления и температуры;
• Датчики перегрузки для измерения ускорений, возникающих при спуске;
• Масс-спектрометр для определения химического состава атмосферы;
• Анемометр для измерения скорости ветра на поверхности;
• Гамма-спектрометр для выявления радиоактивности в поверхностном слое грунта;
• Радиационный плотнометр для определения плотности грунта.

Новая система посадки
В связи с тем, что на Венере более плотная атмосфера конструкторам пришлось в корне изменить систему посадки. Посадочный аппарат, а также многоуровневую парашютную систему разместили в сферической оболочке диаметром 2,4 м, покрытой изнутри и снаружи мощной теплозащитой.
Циклограмма посадки имела следующую последовательность операций. За два дня до подлета к Венере от перелетно-орбитального аппарата отделяется сфера, которая на вторые сутки входит в атмосферу Венеры под углом 20-23 градуса. При этом при торможении она должна выдержать перегрузки 120-180 g. Тем временем пролетно-орбитальный аппарат выполняет маневр торможения и выходит на орбиту вокруг Венеры. 
На высоте около 65 км от сферы отстреливается крышка парашютного отсека. Оттуда выстреливается вытяжной парашют, который извлекает из контейнера парашют увода. Этот парашют отводит в сторону верхнюю часть теплозащитной сферы. За это время скорость спуска снижается с 250 м/сек до 150 м/сек. Затем раскрывается тормозной парашют, сбрасывается нижняя часть теплозащитной сферы, включается радиокомплекс посадочного аппарата и начинается передача на Землю научной и служебной информации путем ее ретрансляции через орбитальный блок стации.
За 15 секунд тормозной парашют замедляет скорость снижения посадочного аппарата до 50 м/сек. Затем вводится в действие основной трехкупольный парашют площадью 180 квадратных метров. Через 20 минут, когда посадочный аппарат пройдет через облачный слой, трехкупольный парашют отстреливается. Посадочный аппарат продолжает снижаться постепенно затормаживаясь с помощью своего аэродинамического щита (в виде юбки).
Огромная плотность атмосферы Венеры позволила отказаться от двигателей мягкой посадки и использовать для смягчения удара о поверхность тороидальное, сминаемое кольцо. В результате посадочный аппарат касается поверхности Венеры со вполне допустимой скоростью около 7 м/с.
Посадочные аппараты обеих станций «Венера-9» и «Венера-10» совершили успешную посадку на расстоянии около 2200 км друг от друга. Через несколько секунд начали передачу информации. К сожалению, на обеих станциях не раскрылись крышки вторых телекамер, потому вместо круговых панорам были получены панорамы на 180 градусов. Скорость съемки панорам и передачи изображения на орбитальный модуль требовала обеспечения работоспособности всего посадочного аппарата не менее одного часа.
Реально информация с посадочного аппарата «Венеры-9» передавалась 53 минуты и была прекращена, так как орбитальный аппарат с ретранслятором ушел из зоны радиовидимости. На момент прекращения связи температура внутри аппарата не превышала 60°С, и бортовая аппаратура продолжала исправно функционировать. По той же причине прием информации с посадочного аппарата «Венеры-10» прекратился через 65 мин.
Впервые в мире были получены панорамы поверхности планеты Венера, недоступной для наблюдения с орбиты из-за плотной облачности.
Венера-9 4В-1 № 660:

• Старт: 8 июня 1975 года 05:38:00 ДМВ;
• Стартовая масса: 4936 кг;
• Масса топлива: 1093 кг;
• Масса орбитального аппарата без топлива: 2283 кг;
• Посадка на Венеру: 22 октября 1975 г. 08:13 ДМВ.

Венера-10 4В-1 №661:

• Старт: 22 октября 1975 г. 08:13 ДМВ;
• Стартовая масса: 5033 кг;
• Масса топлива: 1159 кг;
• Масса орбитального аппарата без топлива: 2314 кг;
• Посадка на Венеру: 25 октября 1975 г, 08:17 ДМВ.

Масса посадочного аппарата с системой входа в атмосферу: 1560 кг;
Масса посадочного аппарата на поверхности: 660 кг.
Об уникальных результатах, полученных с АМС «Венера-9» и «Венера-10», мы расскажем в октябре, когда эти станции впервые в мире выйдут на орбиту вокруг Венеры, а их спускаемые аппараты передадут первые в мире снимки с поверхности.

[АниКей]

Зачем стремиться вперёд, если всегда можно приравнять к себе что-то историческое?

[АниКей]

[АниКей]

[АниКей]

[АниКей]

По дороге к комете Галлея: история первых и единственных аэростатов на Венере
11 июня 2025 года, 12:58
Игорь Маринин
40 лет прошло с тех пор, как в июне 1985 года впервые в истории мировой космонавтики советские ученые и конструкторы провели исследования верхних слоев атмосферы Венеры с помощью аэростатных зондов, доставленных туда межпланетными станциями «Вега-1» и «Вега-2» по дороге к комете Галлея. Это был полный успех и первый пример воздухоплавания за пределами Земли. До сих пор ни одна страна мира даже не попыталась повторить этот уникальный эксперимент.
Содержание
1«Венера-84» с аэростатом «Монгольфьер»2Почему «Могольфер» не полетел на комету Галлея3«Вега» вместо «Венера 84»4Чем отличались станции «Вега»5Аэростатные зонды на Венере6Что дали науке аэростатные зонды7Позади Венера, до кометы Галлея лететь еще два года
«Венера-84» с аэростатом «Монгольфьер»
Когда со станций «Венера-13» и «Венера-14» были получены цветные панорамы, а «Венера-15» и «Венера-16» провели радиолокационные измерения, по которым ученые составили карты невидимой из-за облачности поверхности планеты, встал вопрос: что дальше?
В начале 1980-х годов советские ученые и конструкторы совместно с коллегами Франции начали работу над проектом «Венера-84». Он предполагал доставку на Венеру сферического аэростата, получившего название ПАС (плавающая аэростатическая станция). Ведь атмосфера Венеры ничуть не менее интересна, чем ее поверхность. Например, было обнаружено, что скорость ветра там сравнима со скоростью вращения планеты вокруг оси. Для планеты это медленно: один оборот примерно за 243 земных дня. Между тем скорость ветра на Венере необъяснимо велика и иногда доходила до 120–130 метров в секунду. А значит, аппарат смог бы облететь планету за три земных дня.
При этом ученые смогли бы объяснить, почему и как возникает это явление, или хотя бы собрать о нем больше информации. На Земле исследования атмосферы проводят с помощью аэростатных зондов. Исследовать атмосферу Венеры тоже решили с помощью таких зондов. Дрейфующая в атмосфере станция, не опускаясь на поверхность, смогла бы, как цепка на воде, плавать в плотной атмосфере Венеры достаточно долго, так как на высоте порядка 50 км температура и давление на порядок меньше, чем на поверхности.
Согласно проекту, «аэростат должен был летать (плавать) на высоте облаков, 50-55 километров. В какой-то степени этот аппарат похож на неуправляемый дирижабль, но с учетом венерианских условий — более сложен», — рассказывал академик Михаил Маров, в то время руководивший научным наполнением венерианских исследований.
Предполагалось, что СССР на базе отработанной конструкции уже летавших к Венере станций создаст перелетно-орбитальный и посадочный аппараты с системой развертывания аэростатного зонда. Французы в Тулузе взяли на себя создание аэростата и его гондолы.
Запуск двух станций был запланирован на 1984 год и официально был приурочен к 200-летию изобретения братьями Монгольфье воздушного шара, поэтому проект назвали «Монгольфьер на Венеру».
По этому проекту ПАС имела массу около 220 кг и состояла из тефлонового баллона диаметром 10 м и гондолы с научным оборудованием массой около 50 кг. Длительность работы «Монгольфьера» в атмосфере Венеры предполагалась в течение пяти земных суток и лимитировалась только емкостью аккумулятора. Полученная с аэростата информация должна была запоминаться на магнитофон перелетно-орбитального блока и ретранслироваться на Землю. На нем же устанавливалась аппаратура для измерении скорости дрейфа аэростатов. Это решало важнейшую задачу — понять, как на деле устроена атмосферная циркуляция Венеры. Но этому проекту не суждено было сбыться.
Почему «Могольфер» не полетел на комету Галлея
Вмешались астрономы, которые давно хотели получить изображение ядра самой известной в мире кометы Галлея. Они напомнили, что эта комета в 1986 году в очередной раз будет облетать Солнце, что бывает раз в 75-76 лет. Земляне наблюдали ее с 240 года до новой эры много раз, но возможность исследовать ее с помощью космических представилась впервые. Многие страны решили не упустить этот момент, так как следующий пролет этой наиболее известной в мире кометы будет только в 2061 году.
Идея заинтриговала директора Института космический исследований академика Роальда Сагдеева, который считался ведущим мировым ученым по исследованию физики плазмы и плазма кометного хвоста его очень интересовала. Он предложил вместо проекта «Венеры-84» реализовать в 1984 году другой проект: в период с 11 по 24 декабря 1984 года запустить станции к Венере и после отделения посадочного аппарата выполнить гравитационный маневр и направить станции к комете Галлея.
Таким образом можно в одном полете исследовать небесную странницу и продолжить изучение Венеры. Такой вариант был значительно дешевле и интереснее, чем создавать и запускать аппараты отдельно к Венере и отдельно к комете Галлея. Потому предложение Сагдеева было принято к реализации.
Новый проект получил название «Вега». Его название образовано из двух слов «Венера» и «Галлея».
«Вега» вместо «Венера 84»
Конструкторы НПО имени С.А. Лавочкина, как и предполагалось в проекте «Венера 84», при создании станций «Вега-1» и «Вега-2» использовали уже отработанную конструктивную базу межпланетных станций серии В4 (аналогичных АМС «Венера-9» — «Венера-14»), состоящую из перелетно-орбитального и посадочного модулей, но решили адаптировать их под новые задачи.
Главный конструктор НПО Лавочкина Вячеслав Ковтуненко так прокомментировал газете «Правда» конструкцию новых станций: «Это наша новинка для первой части проекта "Вега". Спускаемый аппарат станции выпустит этот зонд в атмосфере Венеры. А подвешенный к нему небольшой, легкий, но очень мощный радиопередатчик будет через миллионы километров передавать прямо на Землю данные о параметрах атмосферы». Он подчеркивал также, что благодаря аэростатным зондам ученые получат возможность проследить за их дрейфом, а следовательно, впервые зафиксировать циркуляцию атмосферы Венеры.
Основная задача станций — фотографирование кометы, определение концентрации и состава кометной плазмы, выявление наличия и измерение величины электрического и магнитного полей, а также выяснение влияния на комету солнечного ветра — была возложена на перелетно-орбитальный модуль станций. После его адаптации под новые задачи он потерял функцию орбитального ретранслятора и стал существенно тяжелее, что повлекло за собой необходимость облегчения посадочного модуля.
В сферическом посадочном модуле предполагалось разметить аэростатный атмосферный зонд, парашютную систему и спускаемый аппарат, основная задача которого — бурение грунта и исследование его химического состава.
Чем отличались станции «Вега»
Посадочный модуль во многом повторял посадочные аппараты межпланетных станций «Венера 9-14», но в связи с тем, что по баллистическим условиям посадка совершалась на ночной стороне Венеры, с него были сняты телефотометры, а также плотномер. Зато были установлены грунтозаборные устройства и аппаратура «Арахис» для определения содержания в грунте породообразующих элементов. Кроме того, из-за установки новых научных приборов и для предотвращения колебаний посадочного аппарата в набегающем потоке при спуске на аэродинамическом щитке между ним и посадочной опорой был установлен конический экран.
Для проекта «Вега» французская сторона отказалась делать плавающую аэростатную станцию, как было запланировано в проекте «Венера-84», и потому создание аэростатного зонда взяли на себя конструкторы НПО им.С.А. Лавочкина. В создании научных приборов и обслуживающих их систем вместе с советскими учеными и конструкторами приняли участие представители Австрии, Болгарии, Венгрии, ГДР, Польши, Франции, ФРГ, Чехословакии, Европейского космического агентства, Японии и США. Таким образом проект «Вега» стал воистину международным.
1 / 10




Межпланетная станция "Вега" на этапе финальной сборки














Аэростатные зонды межпланетных станций «Вега-1» и «Вега-2», созданные советскими специалистами, были меньших размеров, чем французские.  Они имели сферическую форму диаметром 3,4 м (вместо 10-метрового проекта Венера-84») из тефлоновой пленки, наполненной гелием. Тефлон был выбран неспроста. Это довольно прочный материал, который легко переносит перепады температуры, а также имеет малый коэффициент трения (легко разворачивается при заполнении газом) и низкую адгезию. Кроме того, он почти не подвержен химическому воздействию серной кислоты в том числе и потому, что капельки серной кислоты венерианских облаков, не задерживаясь на поверхности аэростатов, скатывались с нее.
К аэростатной сфере на 13-метровом капроновом тросе, как лампочки на новогодней гирлянде, крепились несколько приборных контейнеров, образующих своеобразную гондолу длиной 1,2 м и массой всего 6,9 кг. В верхней части гондолы закреплена полунаправленная антенна для передачи данных от приборов непосредственно на земные антенны дальней космической связи. В контейнерах разместили аккумуляторы с ресурсом до 52 часов и пять научных приборов: нефелометр для измерения оптических свойств веществ, рассеивающих свет в атмосфере; анемометр для измерения скорости и направления ветра; термометр; барометр и фотометр. Вес каждого аэростатного зонда вместе с системой наполнения газом и приборной гондолой не превышал 110 кг.
Аэростатные зонды выбрасывались из спускаемого модуля сразу после отвода верхней крышки теплозащитной сферы посадочного аппарата и благодаря сочетанию объема, заполняемого гелием, и массы гондолы могли дрейфовать на высоте около 50 км.
Аэростатные зонды на Венере
К «окну» в декабре 1984 года — оптимальному сроку запуска для полета к Венере и комете Галлея — все было готово. Не лишне отметить, что не только межпланетные станции «Вега-1» и «Вега-2», но и уникальный аэростат, и радиопередатчик изготовлены целиком советскими специалистами из отечественных комплектующих, причем в очень сжатые сроки.
5 декабря 1984 года с космодрома Байконур ракетой-носителем «Протон-К» с разгонным блоком «Д-1» была запущена станция «Вега-1». Через шесть дней за ней последовала «Вега-2». 9 июня 1985 года от пролетного модуля «Веги-1» отделился посадочный модуль. 11 июня он вошел в атмосферу Венеры. Спускаемый аппарат выполнил мягкую посадку, а аэростатный зонд продолжил полет в атмосфере, передавая за Землю научную информацию. То же самое спустя 15 июня проделала станция «Вега-2».
Аэростат «Веги-1» дрейфовал на высоте 53-50 км 46 часов и за это время преодолел 11 600 км со средней скоростью 69 м/с. Его полет начался из полуночного района, а закончил он свою работу на дневной стороне. Аэростатный зонд «Веги-2» дрейфовал на высоте 54 км и за 46 часов преодолел путь около 11 100 км.
Что дали науке аэростатные зонды
Научная аппаратуры, закрепленная на гондолах обоих аэростатных зондов, измеряла температуру и давление атмосферы, вертикальные порывы ветра, а также среднюю освещенность. Была измерена концентрация серной кислоты в облаках и обнаружены в атмосфере планеты признаки хлора, а также, вероятно, фосфора. Кроме того, с помощью нефелометра, тоже закрепленного к гондоле аэростатного зонда, удалось выяснить, что содержание сернистого газа в венерианской атмосфере составляет всего 0,00015%, чего вполне хватает для образования облаков, плотно закрывающих планету.
Зонды изучали и серно-кислотные дожди, которые испаряются, не достигнув поверхности. Оказалось, что эти дожди идут только на высоте выше 40–50 км, так как там ниже температура и капельки кислоты не испаряются. С помощью фотометра удалось обнаружить световые вспышки на ночной стороне Венеры. Это были грозовые разряды, зафиксированные еще спускаемым аппаратом «Венеры-9». Тогда же наличие молний на Венере подтвердили исходящие от планеты радиоволны.
Также впервые на ночной стороне планеты обнаружено довольно тусклое, но стабильное освещение. Ученые предположили, что это собственное свечение атмосферы, возникающее не от Солнца, а из-за химических реакций от взаимодействия атмосферы с заряженными частицами. Подобный эффект проявляется в полярных сияниях на Земле.
Анемометр собрал много данных о ветре. Были зафиксированы восходящие и нисходящие потоки, зональные ветра, взаимосвязь потоков с рельефом и стоячие волны.
В связи с отсутствием спутника-ретранслятора (пролетный аппарат уже летел в комете Галлея) передача информации с зондов шла непосредственно на Землю. Для ее приема были созданы две сети радиотелескопов: советская Система дальней космической связи, координируемая Институтом космических исследований Академии наук СССР (ИКИ АН СССР), и международная, координируемая французским Национальным центром космических исследований (CNES).
Позади Венера, до кометы Галлея лететь еще два года
После завершения первого этапа проекта «Вега» — исследований атмосферы Венеры аэростатными зондами обеих станций и грунта планеты спускаемым аппаратом «Веги-2» — обе станции выполнили гравитационный маневр и направились на встречу с кометой Галлея, которая состоялась в марте 1986 года. Но пока «Веги» летели к комете, на Земле началась и долгие годы продолжалась кропотливая обработка полученной с аэростатов информация информации.
Благодаря проекту «Вега» ученые Советского Союза и других стран получили новые знания о нашей ближайшей спутнице Венере.

[АниКей]

[АниКей]

Наука
Российские ученые раскрыли тайны гигантского вулкана на Венере
13 июня 2025 года, 10:30
Рита Титянечко
Российские ученые изучили один из крупнейших вулканов Венеры — Самодива Монс. Этот гигантский объект диаметром 240 км хранит следы мощных извержений, а его структура помогает понять, как работает магматизм на планете, где нет тектоники плит. Исследователи определили основные этапы формирования этой структуры и оценили ее объемы.
Венера — загадочная «сестра Земли», скрывающая под плотной атмосферой раскаленную поверхность из лавы. В отличие от нашей планеты, здесь нет тектоники плит, а значит, вулканы формируются иначе. Один из таких гигантов — Самодива Монс — недавно стал объектом исследования российских ученых из ГЕОХИ РАН и Томского государственного университета.
Щитовой вулкан достигает 240 км в диаметре, 1,4 км в высоту и имеет центральную кальдеру (котловину) до 700 м. Самодива Монс расположен в квадранте V-29 и хранит ключи к пониманию геологической истории Венеры. Его лавовые потоки покрывают площадь около 80 900 км², что примерно сопоставимо с размерами небольшой страны, такой как Сербия или Чехия.
Вулкан окружен радиальными грабенами — гигантскими трещинами, которые, вероятно, образовались над дайковыми роями (вертикальными «реками» магмы, застывшими в трещинах коры). Такие структуры тянутся на сотни километров, что говорит о колоссальных магматических процессах, когда-то бушевавших в недрах планеты.

Ученые выделили три основных этапа формирования этого региона:

• Древний период — во время него формировались тессеры (сложно деформированные участки коры) и плотные линейчатые равнины.
• Появление лавовых равнин и активность корон — круглых структур, связанных с подъемом горячих мантийных плюмов (поднимающийся от ядра вертикальный поток раскаленного вещества).
• Расцвет Самодива Монс — извержения, создавшие его основную форму вулкана, его кальдеру и дайковые рои.

По словам одного из авторов исследования, младшего научного сотрудника лаборатории сравнительной планетологии ГЕОХИ РАН Даниила Малышева, со временем лавовые потоки вулкана стали менее объемными, но способствовали увеличению его высоты. Предполагается, что магматический очаг под Самодива Монс со временем поднимался вверх, из-за чего изменился характер извержений. 
Сравнение с другими похожими образованиями Венеры показывает, что Самодива Монс похож на другие щитовые вулканы, такие как Сапас Монс и Атира Монс. Все они прошли путь от масштабных излияний лавы до более локальных извержений. Объем лавы, выброшенной этим вулканом, оценивается в 1200–2000 км³, а объем всей его вулканической постройки составляет около 27 700 км³.
Вулканы на Венере — главные «архитекторы» поверхности. Их изучение помогает понять, как работает внутрипланетный магматизм, а также какие процессы управляют эволюцией планет. В будущем ученые планируют выяснить, связан ли Самодива Монс с соседними коронами, как именно формировались его грабены и что повлияло на их распространение.
Ранее российские исследователи из ГЕОХИ РАН и американских университетов изучили тугоплавкие кальций-алюминиевые включения в метеоритах. Эти древнейшие фрагменты Солнечной системы могут помочь определить время формирования небесных тел. Выяснилось, что радиоактивный изотоп алюминия-26 (26Al) был распределен в протопланетном диске равномерно, а значит он может использоваться для датирования событий, происходивших на ранних этапах формирования планет.

[АниКей]

[АниКей]

Первые шаги к Венере: как исследовали «русскую» планету
Каролина Зулкарнаева
26 июня 2025 года, 14:29

В конце XX века Венера была одной из самых изученных планет Солнечной системы. Ее активно исследовали автоматические межпланетные станции как СССР, так и США. Однако далеко не все попытки укротить строптивое небесное тело оказались успешными — некоторые аппараты либо вообще не долетали до Венеры, либо разбивались о ее поверхность.
15 декабря 1970 года Советскому Союзу удалось переломить ситуацию, впервые в мире осуществив мягкую посадку своей станции, «Венеры-7», на поверхность планеты. За все время существования венерианской программы стране удалось достичь эпохальных результатов: так, советские аппараты смогли передать на Землю первые фотографии поверхности Венеры, сделать цветной панорамный снимок планеты, пробурить грунт, создать радиолокационную карту и многое другое.
О том, как начиналась и развивалась советская программа освоения Венеры, почему последнюю называли «русской» планетой и что будет с исследованиями этого сурового небесного тела в дальнейшем, в новой лекции Pro Космос рассказал математик, автор книг о космонавтике, ведущий инженер Института космических исследований (ИКИ) РАН Павел Шубин.
«Венера-1»: как все начиналось
— Сегодня все чаще звучит идея о колонизации Марса, тогда как еще полвека назад не менее перспективным направлением ученые СССР считали Венеру. Какими были предпосылки изучения этой планеты и что представляли собой ее исследования на заре космической эры?
— Когда полетел первый спутник (советский «ПС-1» — первый в мире искусственный спутник Земли, запущенный на орбиту 4 октября 1957 года — прим. ред.), у нас в руках оказался достаточно мощный инструмент — ракета-носитель 8К71 (она же Р-7, двухступенчатая межконтинентальная баллистическая ракета с отделяющейся головной частью массой 3 т и дальностью полета 8 тыс. км — прим. ред.). Еще до запуска спутника Сергей Павлович Королёв предложил Валентину Петровичу Глушко попробовать двигатель небольшой тяги для условно третьей ступени, заменив боеголовку. Но если для запуска спутника мы сняли боеголовку и поставили спутник, то тут была идея нарастить: вместо боеголовки поставить еще одну ступень.
В этом случае нагрузка получалась очень большая, поэтому сразу же думали о Луне. И вот этот аппарат мог отправить к Луне несколько сот килограммов, даже больше, чем первый спутник, если ставилась третья ступень. И по энергетике уже было очевидно, что она способна эти же сотни килограммов отправить к Марсу и Венере.
С точки зрения баллистики запуск к Марсу и Венере очень близок по энергетике. Единственная разница, что надо изучить, грубо говоря, разные стороны, потому что Марс находится дальше от Солнца, а Венера ближе от Солнца. Поэтому если аппарат, например, должен прилететь к Венере, то он, соответственно, приближается к Солнцу — там жарче и свои особенности терморегуляции. Иными словами, необходимо, во-первых, направить космический аппарат в нужное место, во-вторых, набрать скорость. Грубо говоря, если ракета стартует с Земли непрерывно, без каких-то баллистических пауз, она этого сделать не сможет.
Поэтому математики предложили схему «Звездочка». Сейчас все аппараты к другим планетам летают по такой схеме: сначала выходят на орбиту Земли с разгонным блоком, а потом с этой орбиты стартуют. То есть напрямую летать нет особого смысла. Очень сложно попасть в нужные параметры.
Но для этого нужно сделать специальный разгонный блок — так называемый «Блок Л» (первый из советских ракетных блоков, имевший возможность запуска в невесомости — прим. ред.), который будет летать в космосе некоторое время, а потом включится. Этот блок вообще был первым в истории блоком, который для этих целей и был создан. Но все это было в очень сжатые сроки.
Схема «Звездочка» докладывалась в конце 1959 года, а стартовое окно к Марсу (период времени, подходящий для запуска космической ракеты — прим. ред.) открывалось в конце 1960-го. Нужно за год создать новый носитель, аппарат и наземные системы связи, потому что текущие были предназначены исключительно под связь до Луны, а нужно уже достигать Марса и Венеры, они гораздо дальше.
И каким-то чудом это удалось. Но добраться до Марса не получилось — ракета была сырой и не долетела, но к Венере, это был 1961 год, за несколько месяцев до полета Юрия Гагарина, была запущена советская автоматическая межпланетная станция «Венера-1». Был запуск еще одного спутника, но он остался на околоземной орбите, его обозвали «тяжелым» спутником (аппарат из-за отказа разгонного блока не стартовал к планете, а, выполнив небольшое число витков, вошел в атмосферу Земли, разрушился и частично сгорел — прим. ред.). Это как в старом советском фильме были кадры, где поют частушки: «Пусть нас лапотной Россией называет Вашингтон, мы не запустили лапоть свыше шести тонн».
В чем была идея? На «Венере-1» была небольшая аппаратура — магнитометр, но ее задачей было просто достигнуть Венеры. Там был очень красивый вымпел: планета Земля, внутри которой находилась медаль с траекториями Земля—Венера, датами запуска. Все это закрывалось специальным теплозащитным чехлом, который должен был разлететься на высоте облачного слоя. Теплозащита должна была выдержать вход в атмосферу, после чего элементы капсулы разлетелись бы в разные стороны и каким-то образом привенерились.

Российский государственный архив научно-технической документацииВенера-1
Как я уже сказал ранее, один из аппаратов остался на орбите Земли: про него быстро забыли, потому что он вошел в атмосферу и по баллистическому прогнозу с большой вероятностью должен был упасть куда-нибудь в Тихий или Атлантический океан. То есть шансов не было. Но через некоторое время мальчик, купаясь в Бирюсе, в притоке Енисея, Красноярский край, обнаружил некий странный шар, который он дал отцу. Тот посмотрел на него и отдал в милицию, милиция отдала в КГБ, КГБ — в Академию наук, Мстислав Келдыш (президент Академии наук СССР с 1961 по 1975 гг. — прим. ред.) передал Королёву, а Королёв подарил его Борису Чертоку (ученый-конструктор, один из ближайших соратников Королёва).
Это был тот самый теплозащитный шар, который планировали для «Венеры». Черток вспоминал, что у него был совершенно сумасшедший вид, когда он его увидел. Это означало, что теплозащита выдержала при входе. То есть все системы сработали, и если бы долетели до Венеры, то все было бы хорошо.
А вот «Венера-1» — самый первый в истории аппарат, запущенный в направлении Венеры. Но, к сожалению, он тоже был сырым. Причем вывели его достаточно точно. Было очевидно, что есть коррекция. Если мы проведем коррекцию, то мы попадем. Но когда начали строить ориентацию, произошел очень глупый «ляп»: станция перешла в защитный режим, при котором должна была выключить все неважные потребители. И в число неважных потребителей каким-то боком попал приемник, и, соответственно, его тоже выключили. По таймеру он включился через некоторое время, пытаясь опять построить ориентацию. Но опять защитный режим. Нормальной связи установить не удалось. Единственная надежда была на таймер — что он включится при пролете Венеры.
Поэтому обратились в Англию. Там есть очень большой телескоп, он и сейчас один из крупнейших полноповоротных — 77-метровая обсерватория Джодрелл Бэнк. Коллег из Англии попросили, чтобы их телескоп попробовал что-то поймать, потому что по таймеру приемник «Венеры» должен был включиться и передать хотя бы информацию о магнитном поле. Он даже был наведен в нужное время, и, как вспоминали, сигнал был получен очень тихий, поэтому какую-то информацию из него выделить не удалось. На этом, можно считать, полет «Венеры-1» был закончен. Это начало космической эры.
Пылевые бури, бегающие динозавры и бушующие океаны: какой представляли Венеру
— Несмотря на неудачу, изучение Венеры тем не менее продолжились. Почему? Что привлекало советских ученых?
— Главным был вопрос, что же все-таки происходит на Марсе и Венере. Об этом тогда никто не знал. Были совершенно разные гипотезы, противоречивые. То, что на Венере есть большие облака, было понятно по фотографиям. С Земли хороших фотографий не было, но облака различить можно было, потому что они покрывают всю планету. Была эллосферная гипотеза, по которой считалось, что облака — это частицы пыли, то есть гигантская пылевая буря, которая покрыла всю планету. Парниковая теория подразумевала, что облака — это облака, которые тоже состоят из воды. На планете очень высокая температура, соответственно, на поверхности ничего хорошего нет.
А была ионосферная теория, по которой считалось, что на Венере влажный климат, там бегают динозавры и плещутся океаны. Все надеялись, что на Венере есть жизнь. Причем это не противоречило ничему, а было самым интересным и любопытным для всех. Поэтому думали, что там будет океан. И предполагалось, что тот вымпел должен плавать. Его специально сконструировали так, чтобы он был меньше плотности воды.
На следующих станциях, которые полетели от Королева, был специальный сахарный замок — одна из антенн прикреплялась слоем сахара. Считалось, что при попадании в воду сахар растворится и антенна разъединится. Кроме того, там были специальные приборы, уже чисто научные нагрузки, которые должны были изучить тот самый океан, куда аппарат, возможно, сел: датчики, которые показывали уровень качки, данные кислотности среды, также была специальная аппаратура для изучения венерианского океана. Все это было, все это готовилось, все это отправлялось в космос. Насколько все там сурово — никто не знал.
Причем это была большая битва. «Венера-1» не долетела. Следующим аппаратом стал американский «Маринер-1» — тоже не долетел. Потом запустили «Маринер-2», и это был совершенно суровый полет. Каким-то чудом он вышел на достаточно опорную орбиту. Вернер фон Браун (конструктор ракетно-космической техники, один из основоположников современного ракетостроения, создатель первых баллистических ракет — прим. ред.) пошутил, что у ракеты было свое божественное управление.
В полете произошло большое количество отказов, в том числе солнечной батареи. Но, к счастью, в последний раз она отказала, когда зонд уже близко подлетел к Венере. Солнце ближе, соответственно, энергии больше. Хватало и одной солнечной батареи. При пролете была куча нюансов, но «Маринер-2» стал первым аппаратом, который пролетел мимо Венеры и передал хоть какие-то данные. Они оказались совершенно противоречивыми. И это стало проблемой, потому что никто не знал, что происходит.

Основная проблема в том, что мы изучаем нашу любимую Землю и на основе этого строим модели, гипотезы и составляем некое представление о том, как должно быть. В частности, очень долго искали воду — до самой «Венеры», которая тоже воду искала, и после нее еще четыре искали. Из чего состоят облака? Они состоят из водяного пара. Водяной пар — это очень хороший парниковый газ, один из самых лучших. Углекислый газ ему в подметки не годится. Поэтому, естественно, во всех моделях, которые тогда были, идея была в том, что парниковый эффект, если он есть, образован облаками из водяного пара.
Но эта идея конфликтовала с другими данными. Во-первых, потому что воду упорно не удалось найти на самой Венере — были теории, что это просто кристаллики льда. Во-вторых, знали, что там есть углекислый газ и что его очень много (условно оценивали, что в 1500 раз больше, чем на Земле, минимум). А если есть вода и углекислый газ, то там должны образовываться специальные молекулы, соединения, которых тоже не находили. Соответственно, были сплошные споры, что же там происходит.
Аппараты «Венера-2» и «Венера-3», к сожалению, не долетели в работоспособном состоянии. Следующей была «Венера-4» в 1967 году. На тот момент все уже поняли, что там не может быть воды, благодаря Аркадию Кузьмину. Это наш ученый, которого направили в годичную командировку в США, где он смог на радиоинтерферометре обсерватории Оуэнс Уэллей Калифорнийского технологического института получить эту информацию. Было показано, что да, увы, высокая температура идет с поверхности планеты. Следовательно, там не может быть динозавров. Но это была только часть.
Понятно, что там очень горячо, но насколько горячо, он сказать не мог. Поэтому ту же самую «Венеру-4» проектировали на давление до 10 атмосфер. При том, что манометр остался еще, видимо, с прошлых аппаратов, и максимум мог до 7 атмосфер померить. То есть у Земли 1 атмосфера, а на Венере, думали, 10 максимум, хотя это и так много на самом деле. У «Венеры-4» была единственная задача — войти в атмосферу планеты и попробовать изучить ее как можно глубже. Если повезет, совершить посадку на поверхность.
Станция стартовала, долетела до Венеры и вошла в ее атмосферу. То есть это был первый работоспособный аппарат в атмосфере другой планеты. Физически не было еще других работоспособных аппаратов. Более того, вообще на других планетах до этого была только «Венера-3», но она не сработала.
Через тернии к раскаленной поверхности
— Какие данные удалось получить «Венере-4»?
— После входа «Венеры-4» в атмосферу включился газоанализатор (считалось, что там должен быть азот). Идея была простой: берем и запускаем венерианский воздух в специальные емкости. Затем их закрываем и в одной поглощаем все газы, которые можем, а в другой — поглощаем все газы, кроме азота. По разности давления можно понять концентрацию азота. Но из-за того, что там азота очень мало, получилась большая погрешность.
При этом думали, что очень мало CO2 (углекислого газа). Настолько мало, что даже был специальный датчик, который должен был показать точную концентрацию СО2 меньше 1%. В реальности он показал больше 90, опять все зашкалило. Но «Венера-4» дала важный результат, выполнив прямые измерения на другой планете и показав, насколько они нужны.
Давление зашкалило при семи атмосферах, аппарат продолжал потихоньку спускаться, и единственное, что не зашкалило, это термометр, который показывал данные до самого разрушения. Рано или поздно он замолчал. Вопрос — почему? Постфактум уже пришли к выводу, что его аккумулятор был рассчитан на 100 минут, и он замолчал где-то на 93-ей минуте. То есть просто сели батарейки. Но на тот момент подумали иначе. Когда аппарат открывал парашют, включился радиовысотомер, который показал расстояние до Венеры 27 километров. А на момент прекращения связи, как показало изучение, тоже пролетел 27 километров. Появилась идея, что он сел на поверхности Венеры и просто повернулся в сторону. Было на тот момент уже понятно, что может быть что-то не так, потому что хоть аппарат спускался, больше радиовысотомер никакой информации не передал.
Но это был первый аппарат, который реально перевернул наши представления. По данным, которые передала «Венера-4» и потом вскоре после нее «Маринер-5» (его целью было проведение научных исследований Венеры с пролетной траектории, передача информации о межпланетном пространстве и о пространстве около Венеры — прим. ред.), удалось построить первые понятные и более-менее близкие к нашей картины, что же происходит на поверхности Венеры.
И дальше началось развитие. «Венера-5» и «Венера-6» тоже не достигли планеты, хотя они были более прочными. Первой после них долетела «Венера-7» (впервые в мире совершила мягкую посадку на поверхность планеты — прим. ред.), и с ней произошла трагикомичная история. Там рисовали порядка 100 атмосфер, но Георгий Бабакин (инженер-конструктор, главный конструктор Конструкторского Бюро им. Лавочкина — прим. ред.) сказал, что не хочет терять аппарат из-за споров, поэтому поручил рассчитать его на 150 атмосфер. И когда «Венера-7» вошла в атмосферу, там, к большому сожалению, заклинил механический опросник, который переключал и показывал данные от телеметрии разных приборов — сначала термометра, потом барометра, потом газоанализатора. Он заклинил и все это время передавал только температуру.

Российский государственный архив научно-технической документацииВенера-7
В процессе посадки у «Венеры-7» оторвался парашют, но, несмотря на это и быструю посадку, ей удалось выдержать удар, и это была большая победа. Это был первый в истории аппарат, достигнувший другой планеты. Благодаря «Венере-7» мы поняли, какая на планете температура — порядка 500 градусов. Так как состав атмосферы уже знали, то можно было оценить давление. Плюс, когда мы во время спуска смотрим торможение, то знаем параметры и можем оценить плотность.
Кроме того, был проведен эксперимент, которого не было в планах. У «Венеры-7» оторвался парашют, и она сильно ударилась о поверхность. Стали рассуждать, что если бы она упала, условно, на гранит, то разбилась бы. А чтобы не разбиться, нужна такая консистенция, как, например, песок. То есть, аппарат оценил даже параметры поверхности, на которую свалился.
Идеальный полет «Венеры-8»
— Какая автоматическая станция была последней в ряду первого поколения советских венерианских аппаратов и что было после нее?
— Это была «Венера-8» — наверное, практически один из самых идеальных полетов, который только можно было придумать. Ничего не отказывало, парашют не рвался, опросник передавал все приборы, станция вошла в атмосферу планеты, передала все параметры, села на поверхность Венеры, изучила ее при помощи гамма-спектрометра и показала, в том числе, что там параметры очень похожие на как раз, кажется, гранит. Но гранитная Венера — это был промежуточный результат, серьезный, но достаточно специфичный.
После того, как завершилась линейка аппаратов первого поколения, стало понятно, что возможности «Молнии» (8К78М) ограничены. Было решено перейти на доставку венерианского зонда при помощи ракеты «Протон». Для этого сделали специальную платформу. Точнее была взята платформа, которая разрабатывалась для Марса, М-71, но она была адаптирована под «Венеру». Собственно, на «Венере» она раскрылась по полной. Если «Марсы» (с №2 по №6) — частично успешные миссии в лучшем случае, то как раз «Венеры» сработали вообще идеально.
В 1975 году были запущены станции «Венера-9» и «Венера-10». Это были очень тяжелые пролетные аппараты. Внутри был очень большой спускаемый аппарат, в котором было большое количество научных приборов, в том числе, возможность передачи панорам поверхности. Энергетика уже была настолько высока, что можно было пробовать посмотреть, как выглядит поверхность Планеты бурь. В этом смысле 1975 год стал, наверное, ключевым для изучения как Марса, так и Венеры. К Марсу в том же году полетели «Викинги», и благодаря им мы впервые увидели панорамы поверхности Марса.
И в этом же году Советский Союз показал, как выглядит поверхность Венеры. Причем мы очень боялись, потому что никто не знал, что происходит физически. Понятно, что там очень высокое давление — 100 атмосфер, высокая температура — 500 градусов Цельсия. Можно ли вообще передать в таких параметрах картинку? Как она вообще может выглядеть? То, что освещения условно достаточно, мы поняли по специальному датчику освещенности на «Венере-8», который провел измерения под облаками.
Причем «Венеру-8» специально запустили так, чтобы она попала в узкий серп, потому что, когда станция подлетает к Венере, с Земли видно, что освещена только небольшая поверхность. Пришлось специально подать в этот серп. Это была очень сложная работа, чтобы понять, можно ли снимать на следующих станциях. Показали, что снимать по освещенности можно.
Но все равно боялись. Вдруг возле поверхности есть слой, напоминающий иней. Либо станция упадет и поднимет пыль, которая все закроет и ничего не будет видно, либо из-за того, что все покрыто облаками и, соответственно, там нет точных источников света, как Солнца, может быть полностью рассеянный свет, который не дает ничего контрастного. Для увеличения контраста и освещения на станцию поставили фонари, которые должны были подсветить в случае чего. И все равно так боялись, что даже эти телефотомеры аккуратно назвали контрастомерами.
Когда станция «Венера-9» долетела и села на поверхность, случился непонятный, удивительный для всех сбой. На аппарате было по две камеры с двух сторон, но сбросилась всего одна крышка. И панорама передавалась всего с одной стороны. Но это уже было большое достижение. Когда Келдыш был больной, ему показали панораму, и он был очень счастлив.
Первые панорамы поверхности Венеры
— Каких еще достижений удалось добиться «Венере-9», а после нее — «Венере-10»?
— Приведу пример того, насколько достижение может быть обидным. «Венера-9» села на пологий склон. Причем не просто пологий, вокруг были куски свежего камня. То есть ожидали увидеть некий равномерный поток, как под водой гладкие камни, а тут острые края. Полное впечатление, что станция села рядом с обрывом. Очень хорошо, что она не села на обрыв. Но жалко, что камера, которая была повернута на обрыв, отказала. Было бы очень интересно посмотреть, но мы этого уже никогда не увидим.
«Венера-10» — аналогичная станция, на которой произошел аналогичный сбой — тоже сбросилась всего одна крышка. Тем не менее были получены первые в истории панорамы поверхности Венеры. Но это были не все достижения. Также пролетные аппараты, которые сбрасывали (спускаемые аппараты — прим. ред.), вышли на орбиту вокруг Венеры, став первыми в истории искусственными спутниками планеты.

РоскосмосВенера-9,10
Следовательно, очень много исследований проводилось с орбиты, были открыты необычные тонкости. Например, с давних времен, задолго до начала космической эры, люди никак не могли понять пепельный свет Венеры. Есть пепельный свет Луны: если вы смотрите на Луну, когда она освещена только частично, то оставшуюся неосвещенную часть все равно можно увидеть. Это вызвано освещением этой части Землей. Солнце не может освещать, а Земля освещает — получается пепельный свет Луны.
Тот же самый эффект, к всеобщему удивлению, был замечен и у Венеры. Можно было различить что-то за пределами серпа. Возникает вопрос: а что там может такое быть? Потому что Земля не может освещать, она слишком далеко. «Венера-9» и «Венера-10» это открыли. Оказалось, это связано со свечением кислорода в атмосфере Венеры.
Кроме того, при спуске был изучен облачный слой, получены интересные данные по клочковидной структуре облаков. С точки зрения науки «Венера-9» и «Венера-10», несмотря на несчастную крышку, дали очень многое.
С «Венерой-11» и «Венерой-12» получилось более грустно. У них не сбросились две крышки. Новой панорамы мы не увидели. При том, что станции сели на поверхность, проделали большой объем работы, но многое было завязано на камеры. Еще был бур, но он тоже не сработал. Зато они показали очень интересные данные в атмосфере.
Еще «Венеры» использовались, наверное, в самом масштабном эксперименте в человеческой истории. Есть так называемые гамма-всплески, которые открыли еще в 1960 годы, но все было засекречено. То есть изначально непонятно было, что это такое. Резкий всплеск гамма-излучения, который будто бы переходит нашу планету. Быстро поняли, что это не Солнечная система. Всплески были очень редкими.
Нельзя было сделать все ракурсы на тот момент, поэтому было решено разнести приборы для изучения на космические расстояния. Условно, одна точка — Земля, потом станции летят к Венере — это вторая точка, и оттуда разлетаются в разные стороны — получается три точки. Для работы необходимо расстояние в сотни миллионов километров друг от друга. Одна точка никак не работает. За счет того, что скорость света ограничена, аппараты у Земли и Венеры в разное время получат информацию о гамма-всплеске. Поэтому можно будет определить, где же этот всплеск был, триангулировать. По этому эксперименту впервые было показано, что эти гамма-всплески равномерно распределены по небу. Это дало очень большой шаг в сторону понимания, что же это такое.
Потом были «Венера-13» и «Венера-14», в которых провели большую работу над тем, чтобы крышки точно сбросились. И мы в первый и последний раз получили цветные панорамы поверхности Венеры, что, кстати, очень обидно. Всего за всю историю человечества информация о том, как выглядит поверхность Венеры, получилась, по сути, из четырех точек. Последние панорамы, которые были переданы, были получены еще до моего рождения. Я очень надеюсь, что увижу новые панорамы в жизни.

Российский государственный архив научно-технической документацииФотопанорама, полученная "Венерой-13"
Последние советские аппараты
— Каким был финал советской программы исследований Венеры?
— «Венера-13» и «Венера-14» не были последними. После них были «Венера-15» и «Венера-16», которые картографировали поверхность планеты при помощи радара через облака. Это была первая межпланетная миссия с использованием радара с синтезированной апертурой. Впервые были построены карты полярных областей Венеры (включают районы, расположенные вблизи полюсов планеты, и характеризуются особыми климатическими особенностями и атмосферными образованиями — прим. ред.) с разрешением порядка километра. На тот момент это был рекорд.
И финал миссии — советской и во многом вообще для изучения Венеры — это «Веги» (советские автоматические межпланетные станции «Вега-1» и «Вега-2» — прим. ред.), созданные на отработанной платформе. Это была, наверное, самая сложная межпланетная миссия в истории человечества. Очень мало миссий могут поспорить с ней именно по сложности, потому что за один запуск носителя был выведен аппарат, который доставил еще один аппарат (посадочный) на поверхность Венеры. Были получены данные бура, изучены данные температуры давления, распределения элементов. Было очень большое количество приборов, практически пик всего, что делали, все довели до ума.
Также был доставлен аэростатный зонд (на нем были установлены аппаратура для измерения метеорологических параметров — прим. ред.), можно считать, первый за всю историю. Всего их было два — от «Веги-1» и «Веги-2». И они очень долго летали на большой атмосфере. Их работу триангулировала международная миссия: десятки в самых разных странах, и в США, и в Европе, все объединились в дальней космической сети. Пролетев мимо Венеры, «Вега-1» и «Вега-2» затем направились к комете Галлея (короткопериодическая комета, которая возвращается к Солнцу примерно каждые 75-76 лет — прим. ред.) и сфотографировали ее, причем достаточно в хорошем качестве.
Дальше к Венере летали достаточно редко. Был аппарат «Венера-Экспресс» (Venus Express, космический аппарат Европейского космического агентства, предназначенный для изучения Венеры, динамики ее атмосферы, взаимодействия с солнечным ветром — прим. ред.) запущенный нашей ракетой-носителем «Союз-Фрегат», можно считать, наследницей «Молнии-М», которой еще запускали самые первые «Венеры». Та же самая семерка, только разгонный блок другой — не «Блок Л», а уже «Фрегат». Очень многие приборы были отечественными, потому что была координация с нашими специалистами по Venus Express.
Планетарный «шовинизм»: есть ли на Венере жизнь
— Возможна ли на Венере жизнь в том или ином виде?
— Если открыть любой поиск экзопланет, везде есть фраза про «Зону Златовласки» — это некая зона, где возможна жизнь (также известна как «зона обитания» или «обитаемая зона», в астрономии — условная область, определенная из расчета, что условия на поверхности находящихся в ней планет будут близки к условиям на Земле и будут обеспечивать существование воды в жидкой фазе — прим. ред.).По параметрам там может быть жидкая вода, а это один из элементов жизни. Задаются вопросами, есть ли там жизнь и на что будет похожа планета. Безжизненная она, как Венера, или она такая, как Земля?
По умолчанию люди, которые занимаются экзопланетами, считают, что Венера безжизненная. Это далеко не обязательно, об этом знают люди, которые изучают Венеру, — шансы есть. Были гипотезы, причем достаточно весомых людей, но просто не может быть на поверхности Венеры жизни. Там слишком горячо, но кто сказал, что жизнь обязательно должна существовать на поверхности планеты? Что за планетарный шовинизм такой? Она может быть в высоких слоях атмосферы.
Когда-то она, возможно, и была на поверхности Венеры.  Мы знаем, что такое Солнце — это звезда, достаточно банальная с точки зрения других звезд. Мы представляем, как она развивалась, и в прошлом она светила не так ярко. Значит, Венера получала меньше солнечной радиации, температуры были гораздо ниже. Соответственно, там, скорее всего, были и океаны, и жизнь. Потом все начало разогреваться, жизнь вполне могла уйти в высокие слои атмосферы.
Но нет доказательств, это исключительно гипотезы, которые озвучивали. Гипотеза хороша тем, что ее можно озвучить, но порой очень сложно доказать или опровергнуть. Более того, также озвучу, что, может быть, мы наследники венериан. Потому что был такой Сванте Август Аррениус (19 февраля 1859 — 2 октября 1927, шведский физико-химик, автор теории электролитической диссоциации, лауреат Нобелевской премии по химии — прим. ред.), автор гипотезы панспермии — то есть распространение жизни при помощи давления солнечного света, когда за счет солнечного света идет распространение маленьких спор, в пылинках каких-нибудь.
Но по этой теории может распространяться жизнь только от Солнца. Скажем, с Земли жизнь может быть занесена на Марс, например. В этом случае как раз с Венеры споры жизни вполне могли быть занесены на Землю. И давным-давно, когда все это начало развиваться, на Венере все уже могло погибнуть, а мы продолжаем жить.
Это тоже гипотеза, которую невозможно доказать, потому что доказать, что была жизнь на поверхности Венеры, возможно только раскопками. Это практически невозможно. В ближайшей перспективе, боюсь, в сотни, если не в тысячи лет не получится никак провести нормальные археологические изыскания на поверхности Венеры.
— Каким вы видите будущее космических исследований Венеры?
— Появилось большое количество проектов, в том числе европейских, не знаю, какие из них дойдут до реализации. Вновь вспомнили про «Венеру-Д» (запуск ожидается в 2034-2035 годах — прим. ред.), которая тоже может показать, изучить и закрыть многие белые пятна. Тогда был очередной всплеск интереса, в том числе выделение средств.
Что будет дальше, сложно сказать. У меня есть книжка про Венеру, в которой я писал, что в конце XX века Венера была, наверное, самой изученной планетой Солнечной системы, кроме Земли. Сейчас я такое сказать не могу. Марс изучили гораздо лучше. Там на протяжении нескольких лет ползают марсоходы, летает гигантское количество аппаратов. Увы, с Венерой не так все активно, хотя долететь до нее действительно проще, но на ней гораздо сложнее существовать. На Марсе марсоход сел, и можешь кататься там.
Сделать аппарат для поверхности Венеры, где 500 градусов и 100 атмосфер, который будет существовать там хотя бы месяцы, практически невозможно. Поэтому все аппараты существовали там часы. При этом интерес есть, но, к сожалению, больше академический. Может быть, просто пиара не хватает.
СССР так хорошо исследовал Венеру, что даже кто-то упоминал, что это «русская» планета, были такие слухи. В зарубежных есть упоминания, но гораздо реже. Это мы гордо говорим, что кто-то понимает, что это русская планета, и основания для этого были.

[Старый]

Какого веса был шар который "мальчик нашёл в реке и отдал отцу"?

[Старый]

Черток вспоминал, что у него был совершенно сумасшедший вид, когда он его увидел. Это означало, что теплозащита выдержала при входе. То есть все системы сработали, и если бы долетели до Венеры, то все было бы хорошо.

Парашютная система сработала? Мальчик приволок спускаемый аппарат вместе с парашютом? 

[АниКей]

9 июля, 04:04
В МАИ разрабатывают новые технологии для исследования Венеры
Для защиты аппарата от экстремальных температур при входе в атмосферу создают новый метод проектирования теплозащитных экранов
МОСКВА, 9 июля. /ТАСС/. Ученые Московского авиационного института (МАИ) разрабатывают новые методы расчета спуска и торможения космических аппаратов в атмосфере Венеры. Технология станет частью космической системы для доставки научной аппаратуры и грузов на орбиту планеты, сообщили ТАСС в пресс-службе вуза.
"Разрабатываемые нами методы позволят снижать скорость космического аппарата без дополнительных энергетических затрат, но это потребует разработки высокоэффективной теплозащиты и приведет к увеличению его массы. Поэтому наша цель - комплексная термобаллистическая оптимизация, основанная на комплексном анализе баллистики и теплопереноса, которая поможет найти оптимальное соотношение между массой и эффективностью торможения", - заявил и.о. заведующего кафедрой "Космические системы и ракетостроение" МАИ Алексей Ненарокомов, чьи слова приводятся в сообщении.
Для защиты аппарата от экстремальных температур при входе в атмосферу разрабатывается новый метод проектирования теплозащитных экранов с применением разрушаемых и неразрушаемых композитных материалов, геометрия которых будет меняться в зависимости от условий спуска. Одновременно ведется разработка методов диагностики вязкости, теплопроводности и плотности верхних слоев атмосферы Венеры, основанных на анализе взаимодействия космического аппарата с атмосферой при первых полетах.
Ученые МАИ участвуют в разработке транспортной космической системы для доставки научной аппаратуры и грузов на орбиту Венеры, а также исследований космического пространства за пределами околоземных орбит. Основная цель проекта МАИ - снижение массы и топливных затрат при осуществлении спуска и торможения в плотной атмосфере планеты. Проект выполнятся в рамках национальной программы исследования Венеры и финансируется Российским научным фондом.
"В рамках проекта будет разработана новая методика моделирования и измерения характеристик воздушного потока, с которым будет взаимодействовать космический аппарат при входе в атмосферу Венеры. Она подразумевает использование компьютерного моделирования в сочетании с физическими экспериментами, проводить которые на Земле можно будет с помощью специальных установок и приборов", - добавил Ненарокомов.
Завершить проект планируется в 2027 году. Как отмечают специалисты МАИ, разработанные технологии найдут применение не только в космонавтике, но и в других отраслях, где техника эксплуатируется в условиях экстремальных тепловых воздействий: ядерной промышленности, медицине, двигателестроении, энергетике и робототехнике.

[Старый]

методы расчета спуска и торможения космических аппаратов в атмосфере Венеры. Технология станет частью космической системы для доставки научной аппаратуры и грузов на орбиту планеты,

 

[Брабонт]

Понятно, что aerobraking. Слово "спуск" тут лишнее.

[АниКей]

[АниКей]

Наука
Астрономы выяснили, что лишило Венеру спутников
14 августа 2025 года, 13:12
Каролина Зулкарнаева
Венера — самая горячая планета Солнечной системы. Она приковывает внимание ученых необычно медленным вращением вокруг своей оси, которое является еще и ретроградным. Наряду с Землей, Марсом и Меркурием она относится к планетам земной группы, но, несмотря на это, не имеет естественных спутников. По одной из гипотез, это может говорить о том, что когда-то Венера пережила гигантское столкновение.
На этапе зарождения Солнечной системы в столкновении колоссальных космических объектов между собой не было ничего удивительного. Это происходило в тот момент, когда протопланеты, увеличившиеся в размерах, начинали оказывать существенное гравитационное воздействие. Согласно распространенной гипотезе, именно такое столкновение более четырех миллиардов лет назад пережила Земля. Небесное тело, которое врезалось в нашу планету, было размером с Марс.
Это почти полностью разрушило Землю, а из вещества, выброшенного в околоземное пространство, впоследствии образовалась Луна. Что если то же самое произошло и с Венерой, но привело к прямо противоположному результату? Такую идею высказали швейцарские ученые во главе с астрофизиком из Цюрихского университета Мирко Буссманном, отметив, что катастрофическое событие могло определить некоторые ее особенности.
Первое, на что они обратили, — специфическое вращение планеты вокруг своей оси. Один оборот она делает за 243 земных дня, а годовой оборот вокруг Солнца — менее чем за 225. Иными словами, сутки на Венере длятся дольше, чем год. Также Венера вращается в ретроградном вращении — то есть в обратном по отношению ко всем остальным планетам Солнечной системы.

astro-ph.EPКадры поперечного сечения при лобовом столкновении невращающейся Венеры с ударником массой 0,1 M⊕ на скорости 10 км/с, показанные для нескольких моментов времени. Первичное высвобождение энергии в месте удара создает ударные волны, которые сходятся в антиподе, вызывая значительный нагрев и деформацию. Итогом такого столкновения становится слияние.
Еще один нюанс — отсутствие у Венеры естественных лун, в отличие от Земли и Марса. Чтобы понять, с чем это может быть связано, ученые смоделировали более 80 разных сценариев гигантского столкновения планеты с другим объектом. Учитывались такие факторы, как скорость передвижения ударного небесного тела, скорость вращения Венеры до удара и углы, под которыми могли столкнуться объекты.
По итогам моделирования авторы статьи заключили, что лучше всего с особенными характеристиками Венеры согласуются два сценария. Первый — это лобовой удар. А второй — скользящее столкновение, то есть объект задел планету по касательной. В обоих случаях врезавшееся в Венеру тело имеет массу, равную примерно 1/10 Земли, то есть примерно, как Марс.
Кроме того, как показало моделирование, при столкновении (при обоих сценариях) в космос было выброшено минимальное количество обломков. Это значит, что после удара они, вероятно, упали обратно на поверхность Венеры. Это и объясняет отсутствие у нее спутников.
Ранее ученые выяснили, что у карликовых галактик есть свои собственные спутники. Всего у 35 из них насчитали 355, причем большинство было открыто впервые.

[АниКей]

15 августа, 07:00
Наука
Мнение
Эпоха "планетарного штурма" прошла: собирается ли кто-то лететь к Венере

Михаил Котов — о межпланетных миссиях России и других стран ко второй планете от Солнца

Михаил Котов
Научный журналист
С космодрома Байконур к Венере 55 лет назад, 17 августа 1970 года, отправилась автоматическая межпланетная станция "Венера-7". Меньше чем через четыре месяца спускаемый аппарат "Венеры-7" осуществил первую в истории передачу данных после мягкой посадки на поверхность другой планеты.
Исследование Венеры — это одна из самых славных страниц отечественной космонавтики. А что сейчас? И когда начнется новый штурм этой планеты?
Не с первой попытки
Еще в 1950-е годы фантасты считали Венеру одной из наиболее "удобных" планет для высадки, изучения и колонизации. Воспринимали небесное тело едва ли не как младший "двойник" Земли, смело предполагая, что под плотным слоем облаков находится доисторическая версия нашего мира: огромные папоротниковые леса, динозавры... Позднее концепция немного изменилась, но еще у братьев Стругацких в "Стране багровых туч" (1959) и в фильме Павла Клушанцева "Планета бурь" (1961) Венера была подходящим объектом для высадки пилотируемых миссий.
Правда, изучение при помощи космических аппаратов постепенно убивало весь оптимизм. После того как советская "Венера-1" в 1961 году пролетела на расстоянии 100 тыс. км, годом позднее американский аппарат "Маринер-2" получил информацию об экстремально горячей атмосфере планеты. Но эта информация не остановила ученых — спустя всего пять лет советские специалисты направили к цели межпланетную автоматическую станцию "Венера-4". Ее спускаемый аппарат должен был работать при температуре 425 °C и давлении до 10 атмосфер. Специалисты перестраховались, аппарат на деле мог перенести вдвое большие нагрузки.
Увы, но и этого было недостаточно — на высоте 28 км во время парашютного спуска корпус, сделанный из алюминиево-магниевого сплава АМг6 и способный работать на глубине 200 м, смяло как консервную банку. Однако переданные им данные позволили уточнить реальную ситуацию — давление возле поверхности Венеры составляло около 90–100 атмосфер. На Земле такие условия — в океане на глубине около километра.
Опыт, сын ошибок трудный
"Венера-7" учитывала все, что ученые уже знали о негостеприимной атмосфере Венеры.
Предполагалось: атмосфера состоит из углекислого газа, прогревается до 500 °C, облака — из серной кислоты, постоянно перемешиваются ветрами, дующими со скоростью до 100 м/с. Спускаемый аппарат, созданный в НПО имени Лавочкина, должен был пройти сквозь этот ад и мягко приземлиться на поверхность планеты, передать результаты.
Автоматическая межпланетная станция представляла собой титановый корпус со стеклопластиковой изоляцией нижней полусферы и стекловатой, упакованной в ячеистую конструкцию — в верхней, небольшой парашют площадью всего 3 кв. м. Конечно, имелись и специальные приборы, способные работать даже в условиях Венеры, более мощная свинцово-цинковая батарея. Пришлось даже изменить конструкцию баков разгонного блока ракеты-носителя "Молния-М", чтобы доставить сильно потяжелевший спускаемый аппарат на орбиту планеты. Каждое из этих решений — огромная работа, которую проделали инженеры из самых разных космических предприятий Советского Союза.
15 декабря 1970 года — через 120 суток после старта — станция "Венера-7" достигла окрестностей планеты. Уменьшая скорость при помощи аэродинамического торможения, аппарат прошел сквозь плотные слои атмосферы (скорость относительно поверхности планеты уменьшилась в 50 раз — с 11,5 км/с до 200 м/с). Естественно, что такое торможение сопровождалось серьезными перегрузками, достигавшими 350g. Но приборы и конструкция аппарата перенесли такую нагрузку.
На высоте 55 км над поверхностью планеты сработала парашютная система "Венеры-7", еще через полчаса аппарат совершил первую в истории человечества посадку на поверхность другой планеты. Еще 20 минут конструкция сопротивлялась огромному давлению, приборы исправно передавали информацию. Так советские ученые смогли точно определить давление и температуру на поверхности второй планеты от Солнца — 90 атмосфер и 475 °C.
В ожидании "Венеры-Д"
Даже спустя 55 лет эти события воспринимаются почти как фантастическая история. Тем временем потребности растут — нужно устанавливать новые данные, а значит, создавать и запускать другие межпланетные миссии. Но мировая космонавтика сейчас не способна на это: каждая из миссий — чрезвычайно дорогостоящий и длительный проект. Ученым и космическим инженерам уже мало запустить три прибора — гамма-спектрометр ГС-4 и датчики температуры, давления. Актуальные миссии требуют месяцы и годы на разработку и тестирование, порой совместную работу разных стран по изготовлению приборов.
Эпоха "планетарного штурма" прошла. Сейчас каждый межпланетный проект — это еще более серьезное событие, чем на заре космонавтики, когда наша страна была впереди планеты всей. К тому же получить финансирование на такие миссии — способные дать данные в основном для фундаментальной науки — крайне сложно. Это не космические аппараты, которые нужны по целому спектру направлений, в том числе и военным.
В России создается проект межпланетной автоматической станции "Венера-Д" (правда, довольно давно и пока без особой активности). Миссия будет состоять из орбитального и посадочного аппаратов для комплексного изучения атмосферы Венеры, ее поверхности, внутреннего строения и окружающей плазмы. Предполагается, что орбитальный аппарат будет работать на орбите и использоваться как ретранслятор, в то время как в плотные слои атмосферы спустят аэростатный модуль. За счет такого выбора высоты он сможет просуществовать в течение нескольких недель, передавая данные о составе атмосферы.  
Кроме аэростатного модуля на поверхность планеты планируется отправить спускаемый аппарат. Его главная задача — проработать в тяжелейших условиях как минимум три часа. За это время приборы должны будут взять пробы грунта и поместить их в спектрометр, который и передаст на Землю состав венерианской земли. Каждый из инструментов — грунтозаборник, спектрометр и передающая станция должны прожить эти 180 минут, чтобы доставить на Землю такие важные и интересные данные.
Пока сказать, когда именно "Венера-Д" отправится в свою миссию, сложно. Все будет зависеть от финансирования, о котором, думаю, станет несколько известно из Национального космического проекта.
В марте научный руководитель Института космических исследований РАН Лев Зеленый отметил: "Ученые настаивают на запуске "Венеры-Д" в 2031 или 2032 году, в одном "окне" вместе с другими миссиями, которые будут отправлены нашими зарубежными коллегами на Венеру. С учетом недавней истории наших предыдущих миссий мы боимся и не хотим торопить НПО Лавочкина, поэтому запуск с большой долей вероятности сдвинется на 2034–2035 годы".  
Так что остается только запасаться терпением и ждать, когда же к "Утренней звезде" отправится новая космическая миссия. Уж очень хочется убедиться, что получится она не менее успешно, чем "Венера-7".
Главное в этой ситуации — не расслабляться и не отпускать дату запуска совсем уж далеко. Зарубежные конкуренты не дремлют, за последние годы было объявлено сразу о нескольких миссиях к Венере. Среди них наиболее перспективные и интересные — это индийский "Шукраян-1" и американские DAVINCI+ и VERITAS. 

Индийская миссия — это орбитальный аппарат, который сможет нести на борту до 100 кг полезной нагрузки. Среди его задач — определение геологического состава поверхности Венеры, а также изучение химии атмосферы. Пока его отправка планируется на 2029 год.
Американские аппараты — это финалисты конкурса Discovery, проведенного NASA. Задача DAVINCI+ — осуществить спуск в атмосфере Венеры с целью изучения ее состава, VERITAS — орбитальный аппарат, оснащенный радаром для составления топографической карты планеты. Старт обеих миссий предполагается в начале 2030-х годов. Удастся ли этим проектам пережить сокращение космического финансирования, проведенного президентом США Дональдом Трампом в 2025 году, посмотрим. 
Мнение редакции может не совпадать с мнением автора. Использование материала допускается при условии соблюдения правил цитирования сайта tass.ru