Популяризаторы науки и космоса

[Старый]

Паша старообрядец? 

[АниКей]

Добрый Овчинников

Блог-сериал "Космос на колёсах"
Сериал о путешествии друзей по космическим местам России. 1 серия.

6 городов, 5 суток, 4 любителя космонавтики - отличный рецепт для того, чтобы получить в итоге пропитанное летом космическое путешествие.

Да, мы просто сели и поехали. Мы ничего не хотели кому-то доказывать, у нас не было четкого плана и понимания, что из этого получится. Мы просто ехали, болтали о космосе и жизни, смеялись, фотографировали, рассказывали друг друг истории и снова смеялись.

Вот в итоге и получилась такая серия из нескольких небольших роликов, посвященных интересным космическим местам. Без сценария, разные, непохожие друг на друга ни настроением, ни монтажом. Общего здесь только одно - вечная любовь к космосу и искренне летнее настроение.

Итак. Диванно-космические войска представляют 1-ую серию, в которой мы рассказываем о значимом космическом месте - месте гибели Юрия Алексеевича Гагарина в Киржачском районе Владимирской области.

Михаил Котов (Контакт Подъёма)
Николас Оксман (Космодайвер)
Иван Тимошенко (Космический фотоальбом)
Илья Овчинников (Добрый Овчинников)

1🔥44❤5👏3👍2👎2

1.2K viewsedited  

[АниКей]

[АниКей]

[Старый]

И в обоих случаях не получить ответа... 

[АниКей]

ОКБ Факел

Невидимая сила: как крошечные двигатели покоряют космос
 
Задумывались ли вы, как огромный космический корабль выполняет ювелирные манёвры на орбите? За этим стоит не мощь гигантских ускорителей, а точная работа миниатюрных термокаталитических двигателей (ТКД).

Активные работы над ТКД начались в 1940-х годах. Пионерами стали немцы: наиболее успешными образцами того периода считаются двигатель Вальтера для подводных лодок, использовавший в качестве одного из компонентов разлагаемую катализатором перекись водорода, и легендарная ракета «Фау-2», где перекисьводородный генератор с катализатором приводил в действие турбины насосов.

В СССР работы развернулись после Великой Отечественной войны. Ведущие конструкторские бюро — ОКБ 456 (сегодня НПО Энергомаш), ОКБ 1 (на сегодняшний день РКК «Энергия») и КБхиммаш им. А.М. Исаева — активно включились в гонку. Уже в 1950-е на свет появился РД101, доказавший жизнеспособность технологии с применением перекиси водорода. Его наследники, двигатели РД107/108, стали легендами советской космонавтики. Позже в ОКБ 1 были созданы каталитические двигатели на перекиси водорода, модернизированные версии которых до сих пор обеспечивают мягкую посадку спускаемых аппаратов «Союз».

В 1960-е годы мир признал гидразин как эффективное топливо для монотопливных двигателей, когда американский зонд «Маринер» отправился в космос на двигателях данного типа. С середины 70-х годов КБхиммаш им. А.М. Исаева начало создавать целую линейку термокаталитических двигателей тягой от 500 грамм и выше. Эти надежные системы, например, тягой 5 кг и сегодня работают в разгонных блоках «Фрегат» (НПО Лавочкина), выводя спутники на целевые орбиты.

В конце 1970-х потребовались двигатели с рекордно малой тягой в 50 граммов и меньше. В итоге, окончательный выбор был сделан в пользу двигателя с 10 граммовой тягой. Задачу с невероятно сжатым сроком в три года взялось выполнить ОКБ «Факел», имевшее уникальный опыт работы с малыми тягами. Важный задел по работе с монотопливом и аммиаком был, но существенную помощь оказали коллеги из ЦНИИмаш и КБхиммаш, в том числе предоставившие электромагнитные клапаны для первых образцов.

Инженеры не остановились на достигнутом. Они совершили прорыв, создав уникальный термокаталитический двигатель на гидразине с тягой в диапазоне от 5 до 1 грамма. Представьте: усилие, сравнимое с весом листа бумаги, способно с ювелирной точностью ориентировать многотонный космический аппарат в безвоздушном пространстве.

Чтобы понять эту магию, посмотрите нашу инфографику и откройте для себя мир космической точности.

🚀  Все новости ОКБ «Факел»

20👍17❤9🔥9⚡1🎉1🤩1🏆1

3.19K views

[Старый]

А в термокаталитическом двигателе наверно нет катализатора? 

[АниКей]

ГлавнаяКосмос
Эксперт Железняков назвал фантастичными планы Маска по освоению космоса

Историк космонавтики считает, что существующий технологический и экономический уровень развития земной промышленности не позволяет осуществить столь грандиозные замыслы

Редакция сайта ТАСС
07:07
МОСКВА, 14 января. /ТАСС/. Планы главы компании SpaceX Илона Маска по масштабному освоению космического пространства и организации межпланетных путешествий представляются сейчас скорее фантастическими, однако в будущем они станут реальностью. Такое мнение высказал ТАСС историк космонавтики Александр Железняков.
13 января, выступая на базе космодрома Starbase в штате Техас, Маск заявил, что возглавляемая им SpaceX ставит своей задачей воплощение в жизнь технологий, которые были у героев фантастического телесериала "Звездный путь". Он добавил, что в компании хотят иметь "футуристические космические корабли с большим числом людей на борту, путешествующих в места, в которых никогда не бывали".

"Планы Маска скорее фантастические, чем реальные, но мне они лично нравятся. Время для межзвездной экспедиции, о которой говорит Маск, он сам точно не застанет. Что же касается полетов в пределах Солнечной системы, то отдельные миссии, вероятно, будут осуществлены и при его жизни", - считает эксперт.

По его мнению, существующий технологический и экономический уровень развития земной промышленности не позволяет осуществить столь грандиозные замыслы даже при условии концентрации всех ресурсов. Реализация подобных проектов если и возможна, то лишь в отдаленном будущем, выходящем за рамки XXI века.
В обозримой перспективе, продолжает Железняков, приоритет в космических полетах к ближним планетам будет оставаться за научными исследованиями. Коммерческая или туристическая составляющая будет постепенно интегрироваться в эти полеты, но изначально станет второстепенной.

"Разделять полеты на чисто научные и чисто туристические не совсем корректно. Даже в коммерческих проектах всегда есть место для исследований. Сначала нужно понять, куда лететь и как лететь", - подчеркнул собеседник ТАСС.

При этом, отметил Железняков, в словах Маска четко прослеживается рекламный и политический посыл. Такие заявления формируют в публичном пространстве представления о технологическом лидерстве компании и долгосрочных планах предпринимателя. "Прежде всего это политика и реклама, но, в принципе, это постепенно реализуемо", - заключил эксперт

[АниКей]

[АниКей]

Александра Копылова
13 января 2026 г. в 21:57
Учёные зафиксировали изменение формы мозга у астронавтов после полётов
Исследователи изучили МРТ-снимки 26 человек

Учёные из Университета Калифорнии, Космического центра имени Джонсона NASA и других организаций провели исследование и узнали, что мозг астронавтов может менять форму и положение внутри черепа во время нахождения в космосе. Результаты работы опубликованы в журнале Proceedings of the National Academy of Sciences.
Исследователи изучили МРТ-снимки 26 астронавтов до и после полёта в космос. Время, проведённое ими вне Земли, составило от нескольких недель до полугода. Некоторые из них находились на МКС около года — у них зафиксированы наибольшие изменения.

После пребывания в космосе мозг астронавтов наклонялся и смещался вверх и назад внутри черепа по сравнению с его обычным положением на Земле. По словам учёных, затронутые области связаны с укачиванием, дезориентацией и потерей равновесия.
Также у астронавтов наблюдалась потеря костной массы, ухудшение мышечной силы и перераспределение жидкости. По словам учёных, полученные данные важны для планирования долгосрочных миссий, чтобы обеспечить безопасность и здоровье их участников.

[Брабонт]

По словам учёных, полученные данные важны для планирования долгосрочных миссий, чтобы обеспечить безопасность и здоровье их участников.

Интересно, каким образом? Невесомость не отключить, мозги не вправить...

[АниКей]

[АниКей]

[АниКей]

ЗапускиНа орбитеПроектыНаукаТехнологии

Наука
Мозг космонавтов деформируется в невесомости: что показали МРТ-снимки
14 января 2026 года, 17:35
Маша Иевлева
Длительные космические полеты приводят не только к потере мышечной массы и плотности костей, но и к заметным изменениям формы мозга. К такому выводу пришла группа нейробиологов под руководством Рэйчел Сайдлер из Университета Флориды, изучившая МРТ-снимки астронавтов до и после пребывания на Международной космической станции.
На Земле мозг удерживается на месте гравитацией, а спинномозговая жидкость работает как амортизатор. В условиях микрогравитации эта система перестает быть устойчивой. Ученые давно знали, что мозг смещается вверх, но новая работа показывает: этим дело не ограничивается. Он также растягивается и сжимается, причем неравномерно.
«Изменения происходят, но они обратимые»: как невесомость влияет на мозг космонавтов
Исследователи проанализировали МРТ 26 астронавтов, выполненные до и после их миссий, и сравнили их с данными 24 добровольцев, участвовавших в наземном эксперименте с наклоном тела вниз на шесть градусов. Такой режим — 60 суток в постели под углом — имитирует перераспределение жидкостей в организме при невесомости.
В обоих случаях мозг смещался вверх, но у астронавтов этот эффект был заметно сильнее. Более того, чем дольше длился полет, тем выраженнее становились изменения. У участников годовых миссий дополнительная моторная кора, отвечающая за контроль движений, поднималась в среднем на 2,5 мм.
При смещении мозг деформируется не одинаково: верхние и задние отделы сжимаются, а другие зоны — растягиваются. Астронавтам, у которых изменения выражены сильнее, после возвращения на Землю сложнее удерживать равновесие и координировать движения
После возвращения на Землю мозг постепенно возвращается к прежней форме, однако последствия очень длительных экспедиций — например, к Марсу — пока сложно предсказать. 
Ранее ученые выяснили, что космический полет по-разному влияет на организмы мужчин и женщин.
Иллюстрация NASA

[АниКей]

[АниКей]

Спойлер

Орбитальный корабль 7К-ОК

Работами по созданию 7К-ОК непосред�ственно руководили К.Д. Бушуев, М.К. Тихонравов и К.П. Феоктистов (компоновка и кон�струкция), Б.Е. Черток (комплекс бортовых систем). Ведущим конструктором 7К-ОК сначала являлся Е.А. Фролов, а затем -А.Ф. Тополь.

Корабль 7К-ОК «Союз» состоял из трех от�секов: спускаемого аппарата (СА), бытового (БО) и приборно-агрегатного отсека (ПАО). Отсеки соединялись между собой механиче�ски и на этапе спуска с орбиты разделялись с помощью пиротехнических устройств. Масса корабля составляла 6.4-6.5 т, длина (по корпусу) - 6.98 м, максимальный диа�метр - 2.72 м, объем двух жилых отсеков (БО и СА) по гермокорпусу - 10.45 м³, свободный объем - 6.5 м³. Время активного су�ществования на орбите - до 10 суток.

СА (масса - 2.8 т, максимальный диаметр - 2.2 м, длина - 2.16м, свободный объем 2.5 м³) предназначался для размещения экипажа (от одного до трех космонавтов) на участке выведения на орбиту, при управлении кораб�лем в полете и во время приземления.

БО массой 1.2-1.3 т состоял из двух полу�сфер диаметром 2.2 м, соединенных цилинд�рической вставкой высотой 0.3 м, свободный объем - 4 м³. Он использовался как рабочий отсек, служил местом проведения экспери�ментов, отдыха и питания экипажа. БО имел два обзорных иллюминатора и два люка. Ни�жний люк предназначался для перехода эки�пажа в СА, боковой (диаметром 0.64 м) - для посадки экипажа в корабль на стартовой по�зиции и для выхода космонавтов в открытый космос. Во время этой операции весь БО ис�пользовался как шлюзовая камера. В отсеке также располагались пульты управления, приборы и агрегаты, бытовое оборудование и научная аппаратура. Снаружи на верхней части БО размещался стыковочный агрегат, а также антенны радиокомплекса.

ПАО массой 2.7-2.8 т предназначался для размещения аппаратуры и оборудования основных бортовых систем корабля. Конст�руктивно ПАО состоял из трех отсеков: переходного (ПхО), приборного (ПО) и агрегат�ного (АО).

Отсеки корабля снаружи закрывались экранно-вакуумной теплоизоляцией (ЭВТИ) с внешним слоем из стеклоткани зеленого цвета. Все беспилотные корабли оснаща�лись системой автоматического подрыва объекта (АПО; НИИ-137, В.А. Костров).

Система ориентации и управления движе�нием (СОУД) корабля (отдел № 27 ОКБ-1, Б.В. Раушенбах) обеспечивала ориентацию корабля на орбите и выполнение маневров. Система обеспечивала также солнечную ори�ентацию, при которой корабль разворачивался так, чтобы свет падал на солнечные бата�реи. В качестве датчиков использовались трехстепенные гироскопы, датчики угловых скоростей, акселерометры, а также приборы для построения ориентации: солнечные, звездные, ионные датчики и датчики инфра�красной вертикали Земли (последние стали устанавливаться, начиная с корабля №7).

Для работы в условиях орбитального по�лета корабль 7К-ОК имел систему командной радиолинии (КРЛ), радиотелеметричес�кую систему БР-9 (НИИ-885, М.С. Рязанский), телевизионную систему «Кречет» (ВНИИТ, И.А. Росселевич), систему радиосвязи «Заря» (МНИИ РС, Ю.С. Быков), которая работала в КВ- и УКВ-диапазонах и обеспечивала связь на орбите при спуске после разделения отсеков (с помощью щелевой антенны, встро�енной в теплозащиту крышки люка СА), а также пеленгацию и связь после посадки.

В систему электропитания корабля вхо�дили: основная буферная (емкость 300 Ач) и резервная (75 Ач) серебряно-цинковые аккумуляторные батареи (АБ). Для подза�рядки буферной батареи использовались солнечные батареи, жестко закрепленные на корпусе ПАО (две панели общей площа�дью 11-14 м² и размахом 8-11 м). Напряже�ние электросети равнялось 24 В.

 

Корабли 7К-ОК оснащались радиотехни�ческой системой сближения и стыковки «Иг�ла» (НИИ-648, А.С. Мнацаканян), которая поз�воляла производить стыковку кораблей как в автоматическом режиме (основной вариант), так и в ручном (запасной вариант).

Для выполнения стыковки на корабли ус�танавливались стыковочные агрегаты двух видов: активный («штырь») и пассивный («ко�нус»). Агрегаты обеспечивали жесткое механическое стягивание и соединение электри�ческих разъемов кораблей. Внутреннего лю�ка-лаза не было, и поэтому переход космо�навтов из одного корабля в другой мог быть осуществлен только в скафандрах через от�крытый космос. В зависимости от агрегата стыковки корабли разделялись на два вида: активные (обозначались как 7К-ОК(А) и имели четные заводские номера) и пассивные (7К-ОК(П) с нечетными заводскими номерами).

Форма СА, положение его центра масс и система управления спуском (СУС) позволяли спускаемому аппарату совершать управляе�мый спуск с аэродинамическим качеством 0.25 (с перегрузкой не более 3-4 g). Управле�ние спуском осуществлялось с помощью газовых реактивных двигателей (ГРД), работаю�щих на перекиси водорода. В СУС входили два ГРД по рысканию и два ГРД по тангажу тягой по 7.5 кгс, а также два ГРД по крену тягой по 15 кгс. СА мог совершать спуск и по баллис�тической траектории (это был запасной ва�риант посадки) с перегрузкой 7-8 g и более.

Корабли 7К-ОК оснащались двумя пара�шютными системами (НИЭИ ПДС, Ф.Д. Тка�чев, с 1968 г. Н.А. Лобанов). Основная систе�ма парашютирования (ОСП) имела купол площадью 1000 м², запасная система пара�шютирования (ЗСП) - купол площадью 570 м². Парашюты размещались в герметич�ных контейнерах в СА, имевших форму эллиптического цилиндра (объем для ОСП 0.27 м^З и 0.17 м^З для ЗСП).

На кораблях 7К-ОК экипаж выполнял по�садку, находясь в спускаемом аппарате. Для этого на днище СА, под сбрасываемым ло�бовым экраном, устанавливались четыре двигателя мягкой посадки (ДМП; завод «Ис�кра», И.И. Картуков). Скорость приземления СА на ОСП составляла 6-8 м/с. ДМП включа�лись непосредственно у поверхности и гасили эту скорость до нуля. СА мог совершать посадку как на сушу, так и на воду.

 

Для корабля «Союз» принципиально по-новому была решена проблема спасения экипажа в случае аварии РН - была специ�ально создана система аварийного спасения (САС). Главным ее элементом была твердо�топливная двигательная установка (завод «Искра»), устанавливаемая на головной об�текатель. В отличие от «Востока», где отделе�ние корабля от РН могло быть выполнено только после выключения ее двигателей, САС «Союза» позволяла осуществить спасе�ние экипажа и на активном участке траекто�рии, при работающих двигателях ракеты.

Так как запуски «Союзов» должны были выполняться попарно с интервалом в сутки, то было решено использовать две стартовые площадки: № 1 («гагаринскую») и № 31, кото�рая использовалась для боевого дежурства МБР Р-7А и с 1964 г. - для запусков беспи�лотных КА.

Корабли 7К-ОК выводились на орбиты с апогеем 220-230 км, перигеем 180-210 км, наклонением 51.7^о и периодом обращения 88.4-88.6 мин.

[свернуть]

Штырь активного агрегата стыковки. Отсек агрегата стыковки без внутреннего люка-лаза. Бытовой отсек. Антенна системы «Игла». Кресло «Казбек». Спускаемый аппарат. Двигатель причаливания и ориентации. Приборный отсек. Агрегатный отсек.

Тороидальный приборный отсек. Корректирующе-тормозная двигательная установка. Антенна поиска и сближения. Радиатор системы терморегулирования. Датчик инфракрасной вертикали. Солнечная батарея (в сложенном положении). Визир-ориентатор. Выходной люк. Поручень.

 

[АниКей]

ЗапускиНа орбитеПроектыНаукаТехнологии

Космический архив
Биография Анатолия Соловьева: от первого лица о жизни, карьере и покорении открытого космоса
16 января 2026 года, 08:00
Игорь Маринин
Первым человеком, вышедшим за борт космического корабля, был советский космонавт Алексей Леонов. Однако самое большее количество выходов в открытый космос среди всех космонавтов и астронавтов мира совершил Анатолий Соловьев — целых 16 раз. А общая длительность его работы (от открытия до закрытия люка) составила 78 часов 46 минут. Этот рекорд, установленный Анатолием Яковлевичем ровно 28 лет назад, 14 января 1998 года, не побит до сих пор. Академик Российской академии космонавтики имени К.Э. Циолковского Игорь Маринин вспоминает об этом героическом космонавте.
Содержание
1Биография космонавта Анатолия Соловьева2Карьера Анатолия Соловьева: подготовка к полетам в космос3Полеты Анатолия Соловьева в космос4Нештатные ситуации в полетах Анатолия Соловьева в космос5Карьера Анатолия Соловьева после полетов в космос6Семья Анатолия Соловьева7Награды Анатолия Соловьева

Спойлер

Анатолий Яковлевич Соловьев — Герой Советского Союза, советский космонавт № 65, космонавт мира № 206, космонавт 1 класса, военный летчик 1 класса, летчик-испытатель 2 класса, полковник запаса.
В отряде космонавтов ЦПК ВВС был с 23 августа 1976-го до 2 февраля 1999 года. За это время Соловьев выполнил пять космических полетов на орбитальном комплексе «Мир» общей продолжительностью 651 сутки 00 часов 03 минуты 28 секунд.
Вероятно, он до сих пор остается единственным космонавтом, выполнившим 11 стыковок кораблей «Союз» и «Прогресс» со станцией «Мир» в ручном режиме.

Биография космонавта Анатолия Соловьева
Детство и юность
Анатолий Соловьев родился 16 января 1948 года в Риге (Латвийская ССР) в семье Якова Михайловича Соловьева, слесаря одного из рижских заводов. Мать Антонина Павловна работала на местном текстильном предприятии. У Анатолия было еще два брата: старший Борис (1946 г.р.) — водитель, и младший Юрий (1955 г.р.) — преподаватель Профессионально-технического училища.
В 1964 году Анатолий вступил во взрослую жизнь: окончив 9 класс средней школы стал сначала разнорабочим на Рижском заводе стройматериалов, а потом слесарем Камвольно-производственного объединения там же, в Риге, продолжая обучение в вечерней школе. В школе Анатолий увлекся математикой и физикой, поэтому в 1966-м по окончании 11 класса поступил в Латвийский государственный университет на физико-математический факультет.
Но вскоре Анатолий понял, что его призвание — небо. Не завершив первый курс, он бросил университет, устроился на работу в Латвийский объединенный авиаотряд и стал готовиться к поступлению в авиационное училище.
Образование

• 1964 год — 9 класс средней школы г. Рига;
• 1966 год — 11 класс вечерней школы г. Рига;
• 31 августа 1968 года — 4 октября 1972 года — курсант Черниговского ВАУЛ. Освоил пилотирование самолетов Л029, УТИ МиГ-15 и МиГ-21. 

Военная служба
Анатолий Соловьев рассказывал автору: «После окончания Черниговского училища меня направили на Дальний Восток. Очень интересный и увлекательный край. Здесь путешественник Арсеньев ходил с проводником Дерсу Узала. Я служил в отдельном 352-м разведывательном авиаполку 1-й Особой Дальневосточной Воздушной Армии. Много летал на МиГ-21Р ночью и во всех сложных погодных условиях. Служба шла хорошо. За три года я стал старшим лейтенантом, командиром звена, военным летчиком 1-го класса. Собирался поступать в академию».
Карьера Анатолия Соловьева: подготовка к полетам в космос
Отбор в отряд космонавтов
В декабре 1975 года Анатолия Соловьева вызвал к себе командир полка и сообщил, что его, как перспективного летчика, направляет на собеседование в Уссурийск. Цель этого собеседования он не сообщил, и Анатолий подумал, что ему предложат летать на самых перспективных самолетах того времени: Як-27 и Як-37 — самолетах палубной авиации с вертикальным взлетом.
Но он ошибся. В штабе округа ему предложили попробовать себя в космонавтике.
«Это означало, что надо пройти углубленное медобследование, которого все летчики очень боялись, — объяснял Анатолий Соловьев. — Я спросил: "Как быстро я должен ответить?" и услышал в ответ: "Сейчас". Легко сказать! А ведь надо было все взвесить. В авиации у меня было хорошее будущее: академия, карьерный рост, а в космонавтах еще не известно, как все сложится. Мог вообще не полететь, могли списать по здоровью даже с летной службы. Но когда меня спросили: "Ну, ты идешь в космонавты?", я все-таки ответил: "Да!"
Медкомиссию в Хабаровске из нескольких десятков летчиков прошли лишь трое, среди них Анатолий Соловьев. Затем новая комиссия — уже в Москве в Центральном военном авиационном госпитале. В то время принимали окончательное решение о зачислении в отряд даже не комиссии в ВВС или Минобороны, а кадровики в Центральном комитете КПСС (Коммунистическая партия Советского Союза). О решении ЦК Анатолий ничего не знал, поэтому, получив положительное заключение врачей, вернулся в часть, восстановил навыки, вновь начал летать по плану боевой подготовки.
23 августа 1976 года вышел приказ Главкома ВВС № 686, которым Анатолия Соловьева вместе с восемью другими военными летчиками-истребителями ВВС зачислили слушателями в отряд космонавтов ЦПК ВВС. Среди них были позже ставшие известными космонавтами Александр Волков и Владимир Титов, а также изменивший Родине ради полета в космос на шаттле Леонид Каденюк, который стал первым и единственным космонавтом Украины.
Подготовка к полетам
1 сентября 1976 года великолепную девятку 6-го набора слушателей-космонавтов принял начальник ЦПК генерал-лейтенант Георгий Береговой. Познакомившись со слушателями, он сообщил, что все они в рамках подготовки к полетам по программе «Буран» направляются в Центр подготовки летчиков-испытателей (ЦПЛИ) в Ахтубинск.
«Хочу отметить, что наша подготовка в ЦПЛИ была очень разнообразной, — вспоминал Анатолий Соловьев. — Я освоил пилотирование всех модификаций самолетов МиГ-21, МиГ-23, МиГ-25, а также самолетов Як-40 и Ту-134м. Нам очень глубоко преподавали аэродинамику. Мы побывали на многих авиационных предприятиях и во всех авиационных конструкторских бюро».
29 июня 1977 года Соловьев получил квалификацию «Летчик-испытатель 3 класса» и вернулся в ЦПК, где приступил к общекосмической подготовке. Он выполнил очень мощную парашютную программу, совершив 35 прыжков, и прошел водолазную подготовку, а потом годовую теоретическую программу, в ходе которой изучал космическую технику и работал на тренажерах.
В январе 1979 года ему присвоили квалификацию «космонавт-испытатель», поставили на соответствующую должность в группу Авиационно-космических систем и вновь отправили в ЦПЛИ. В июне 1981-го он вернулся из Ахтубинска с квалификацией «Летчик-испытатель 2 класса». А полеты по программе «Буран» все откладывались.
В январе 1982 года группу авиационно-космических систем оперативно переориентировали на изучение техники, которая использовалась в ближайшее время: корабли «Союз Т» и «Прогресс», станции серий «Салют» и «Алмаз». Космонавты группы часто бывали в Госцентре «Природа», где геологи, гляциологи и другие специалисты учили новичков «видеть» Землю, а также в других научных организациях — постановщиках экспериментов на станции «Салют».
1 сентября 1984 года Соловьев начал свою первую подготовку в составе экипажа. Вместе с ним в третьем резервном экипаже к полету на «Салют-7» готовились Александр Серебров и Николай Москаленко. Затем подготовка в составе второго советско-сирийского экипажа, а с ноября 1987-го — в составе первого экипажа второго советско-болгарского полета. Как командир Анатолий Яковлевич получил право выбрать позывной. Он выбрал позывной «Родник», с которым летал все пять раз.
1 / 5




Роскосмос Лейтенант







Полеты Анатолия Соловьева в космос
Первый полет
Свой первый космический полет Анатолий Соловьев совершил 7–17 июня 1988 года на корабле «Союз ТМ-5» и орбитальном комплексе «Мир» вместе с Виктором Савиных и болгарином Александром Александровым. Длительность полета составила 9 сут. 20 час. 09 мин. 19 с.
Второй полет
Второй полет прошел с 11 февраля по 9 августа 1990 года на корабле «Союз ТМ-9» и станции «Мир» по программе шестой основной экспедиции (ЭО-6). В экипаж также вошел Александр Баландин. Анатолий Соловьев выполнил два выхода в открытый космос на 7 часов 14 минут и 3 часа 31 минуту соответственно. Полет продолжался 179 сут. 01 час. 17 мин. 57 с.
Третий полет
В третий раз Анатолий Соловьев отправился в космос с 27 июля 1992-го по 1 февраля 1993 года на корабле «Союз ТМ-15» и станции «Мир» по программе ЭО-12 вместе с Сергеем Авдеевым и французом Мишелем Тонини. Анатолий Соловьев выполнил четыре выхода в космическое пространство общей продолжительностью 18 часов 21 минуту.
Четвертый полет
Четвертый полет в космос Анатолий Соловьев совершил с 27 июня по 11 сентября 1995 года. Стартовав на шаттле «Атлантис» вместе с Николаем Будариным и отработав на орбитальном комплексе «Мир» по программе 19-й экспедиции, он вернулся на Землю на корабле «Союз ТМ-21». Это была первая стыковка американского шаттла с российским комплексом «Мир». В полете за три выхода Анатолий Соловьев отработал 14 часов 32 минуты в условиях открытого космоса.
Пятый полет
Во время своего заключительного, пятого полета в космос, который прошел с 5 августа 1997-го по 19 февраля 1998 года, Анатолий Соловьев совершил пять выходов за борт станции «Мир» и два выхода в разгерметизированный модуль «Спектр». Полет продолжался 197 сут. 17 час. 34 мин. 36 с.
Вместе с ним в экипаж вошел Павел Виноградов — они отправились на «Мир» на корабле «Союз ТМ-26» по программе ЭО-24.
В этом полете 14 января 1998 года Анатолий Соловьев поставил мировой рекорд по количеству выходов в открытый космос в карьере космонавта (16) и по суммарной их продолжительности (76 часов 48 минут), не побитый до сих пор.
Нештатные ситуации в полетах Анатолия Соловьева в космос
Вода в визире

Роскосмос МедиаЭкипаж "Союза ТМ-5": Александр Александров, Виктор Савиных и Анатолий Соловьев
По плану первого полета Анатолий Соловьев должен был выполнить облет орбитального комплекса «Мир», управляя «Союзом ТМ-5» в ручном режиме, а напарник в это время через левый иллюминатор отснять его на фото и видео. Сложность этого маневра была в том, что расстояние до станции Анатолий мог контролировать только через левый иллюминатор, а он был занят Виктором Савиных для съемок. Тем не менее Анатолий справился. Затем Соловьев вывел корабль на ось «Х» Базового блока стыковочным узлом к станции и только после этого должен был выдать импульс на отвод. 
«И тут выяснилось, что весь визир залит водой, и я станцию через него вообще не вижу! — рассказывал Соловьев автору. — Выручила аналоговая телекамера. В спускаемом аппарате наверху пульта управления кораблем был маленький черно-белый монитор, на котором станция была видна, правда, неизвестно, в каком масштабе (на визире есть масштабные клетки, а на мониторе телекамеры их не было — прим. ред.). Трудно было определить расстояние до нее. Так вот с помощью камеры мне все же удалось сориентировать корабль и дать импульс на отвод в нужном направлении».
«Лопухи» ЭВТИ

Роскосмос МедиаЭкипаж "Союза ТМ-9": Анатолий Соловьев и Александр Баландин
Второй полет Анатолия Соловьева начался нормально. «Союз ТМ-9» стартовал и автоматически приблизился к «Миру». И вдруг Соловьев заметил, что мимо иллюминатора что-то промелькнуло. Оказалось, что на спускаемом аппарате почти полностью расчековались три из четырех лепестков экранно-вакуумной теплоизоляции (ЭВТИ), и держатся они только в одном месте крепления. А это значило, что спускаемый аппарат стал почти незащищенным от нагрева Солнцем и охлаждения в тени. Из-за этого в нем могло скопиться много конденсата.
Кроме того, перегрев спускаемого аппарата мог привести к разложению перекиси водорода, необходимой на спуске. «Лопухи» ЭВТИ могли затенить датчик инфракрасной вертикали, что усложнило бы ориентацию перед спуском или вовсе зацепиться не только за антенну «Курса» на бытовом отсеке (БО) корабля, но и за приборно-агрегатный отсек.
Да и при стыковке болтающиеся «лопухи» ЭВТИ могли попасть в стыковочный узел. Тем не менее ЦУП решил рискнуть, и стыковка состоялась.
Полет экипажа на «Мире» начался, а на Земле решили, что космонавтам необходимо как можно быстрее выйти наружу и хоть как-то закрепить отцепившиеся лепестки ЭВТИ. Но на корабле космонавту закрепиться, чтобы выполнить эту задачу, не за что, и потому на прибывшем вскоре модуле «Кристалл» доставили складной трап и прищепки для фиксации ЭВТИ.  
Анатолий Соловьев вспоминает: «Мы с Александром [Баландиным] вышли из шлюзового отсека модуля "Квант-2", перешли на "Кристалл", перемещая за собой огромную и массивную укладку с трапом и оборудованием. Затем собрали трап и закрепили его на поручнях. В результате он получился в виде буквы "Г", длинным концом закрепленный на "Кристалле". Александр полез по трясущемуся трапу к "лопухам", захватив с собой прищепки. И тут выяснилось, что "лопухи" ЭВТИ "усохли" и не достают до мест крепления. Прищепки оказались бесполезными... "Земля" порекомендовала попытаться хотя бы скатать их в рулоны и закрепить в свернутом виде. Александр долго пытался это сделать, но у него не получилось, так как делал он это одной рукой, держась другой за трап. Силы у него кончились. Мы поменялись местами. Кое-как мне удалось два лопуха (из трех), которые могли помешать, сложить и закрепить. А третий так и остался болтаться. Так и летали до посадки...».
Сломанная петля люка
После закрепления лопухов ЭВТИ Анатолий и Александр возвратились в шлюзовой отсек. Ресурс скафандров подходил к пределу резервного времени. Но люк закрыть не удалось. Потом выяснилось, что в начале выхода Баландин снял фиксатор люка чуть раньше, и избыточное давление толкнуло крышку наружу с такой силой, что погнулась петля. Подключив скафандры к бортовому питанию, космонавты вдвоем попытались закрыть люк. Но и это не удалось.
Анатолий Соловьев рассказывал автору: «Пришлось использовать в качестве шлюза следующий приборно-научный отсек "Кванта-2". Мы его разгерметизировали, перешли туда, закрыли люк в ШСО, наддули атмосферу и наконец сняли скафандры.
Через 9 дней мы снова со свежими силами вышли из "Кванта-2" в открытый космос, используя приборно-научный отсек в качестве шлюза, и нам все же удалось закрыть этот злополучный люк». А менять погнутую петлю пришлось одному из следующих экипажей.
Ночное родео с неуправляемой станцией

Роскосмос МедиаСоловьев, Бударин и «Союз ТМ-21» в полете вокруг "Мира"
В рамках четвертого полета Анатолий Соловьев и Николай Бударин прибыли на станцию «Мир» на шаттле «Атлантис», который должен был забрать на Землю Владимира Дежурова и Геннадия Стрекалова, отработавших свою программу. Все операции по отстыковке ЦУП решил отснять. Сначала от «Мира» отстыковался «Союз ТМ-21», в котором вместо Дежурова и Стрекалова заняли места Соловьев и Бударин. Управляя вручную, Соловьев отвел корабль от комплекса метров на 150, а Бударин из бытового отсека запечатлел весь процесс отстыковки от станции «Атлантиса». Затем шаттл завис в небольшом удалении от «Мира», а Соловьев повел «Союз ТМ-21» на стыковку. Эту операцию снимали с шаттла все, кто мог. В это время на «Мире» никого не было и произошло непредвиденное.
«В заданное время с секундной точностью по команде с Земли станция начала разворот стыковочным узлом в нашу сторону. И тут я заметил, что она не остановилась, а продолжает вращение, — вспоминает Соловьев. — Я понял, что станция перестала поддерживать ориентацию и стала неуправляемой. Я крикнул Николаю, чтобы он сел в свое кресло, а сам на большой скорости повел корабль вдогонку. Когда мы догнали уходящий стыковочный узел, станция входила в ночь. Я включил фару, подлетел к узлу метров на 30. Несмотря на то что станция вращалась, я, отклоняя обе ручки управления до упора, выровнял рассогласование по всем трем осям и угловым скоростям. И все получилось! Мы состыковались и вернулись в пустую станцию». Потом выяснилось, что именно во время разворота вышла из строя бортовая ЦВМ, потому станции стала хаотично вращаться.
«Как в тропиках побывали»

Роскосмос МедиаАнатолий Соловьев в базовом блоке станции "Мир"
В пятый полет Анатолий Соловьев отправился на «Мир» вместе с Павлом Виноградовым. От предыдущей экспедиции им досталось непростое наследство. После потери «Спектра» на «Мире» не хватало электроэнергии на работу системы, удаляющей излишнюю влажность из объема станции. Экипаж предыдущей экспедиции Александр Лазуткин и Василий Циблиев из подручных материалов и деталей от старых скафандров собрали агрегат с насосом. Соловьев и Виноградов с его помощью пытались собирать скопившуюся воду в ведро. Оставшуюся влагу вытирали использованным нижним бельем, которого было в избытке, но все равно влажность была почти 100%.
А во второй половине полета вновь стала расти.  Это происходило из-за того, что теплоноситель этиленгликоль стал протекать через вновь появляющиеся свищи в трубках системы терморегулирования. Василий Циблиев и Александр Лазуткин много сил потратили на герметизацию мест утечек, но свищи опять появились. Соловьеву и Виноградову пришлось с этим активно бороться, при этом температура в отсеках станции достигла +30°С. При такой температуре и высочайшей влажности космонавты почувствовали себя как в тропиках.
Анатолий Соловьев рассказывал автору: «Нам из-за этого пришлось переключать систему с одного контура на другой, ремонтируя отключенный. Со временем мы и эту проблему почти решили, но отремонтировать станцию полностью было уже нельзя. Мы сделали все, что могли».
Стыковка с некооперируемым «Миром»
18 августа к «Миру» подошел «Прогресс М-35» и должен был пристыковаться к «Кванту». Процесс стыковки контролировал Анатолий Соловьев, готовый при отказе автоматики с помощью системы телеоператорного режима управления (ТОРУ) состыковать его вручную. На экране Анатолию хорошо была видна станция с телекамеры корабля. Грузовик облетел станцию и завис примерно в 100 метрах против стыковочного узла в ожидании разрешения «Земли» на стыковку.
«И тут у нас в станции выключилось все! — вспоминал Соловьев. — Кроме вентиляторов. Погасли экраны, погас свет, перестали работать все системы, стали тормозиться силовые гиродины. Станция начала дрейфовать по всем осям».
На «грузовике» четко сработала программа обеспечения безопасности: он автоматически выдал импульс на отвод и ушел в сторону, чтобы избежать столкновения. Павел стал восстанавливать работу ТОРУ, а Анатолий следил за грузовиком, который выполнял маневры точно по программе, зашитой в его памяти.
«Когда ТОРУ заработала, я установил связь с "грузовиком" и выполнил его стыковку с дрейфующей по всем осям станцией! При этом связи с Землей не было и посоветоваться было не с кем, — подчеркивал Анатолий Соловьев. — Я только знал, что мы никак не должны его потерять — ведь в нем было не разгруженное предыдущим экипажем оборудование для ремонтно-восстановительных работ на "Спектре". Момент загорания транспаранта "Мехзават" был для нас призом. "Грузовик" с нами, и это главное».
Работа в разгерметизированном модуле «Спектр»
После разгерметизации «Спектра» и отключения его новых солнечных батарей от энергосистемы комплекса «Мир» на станции стало не хватать электроэнергии. Было принято решение не только попытаться обнаружить и устранить пробоину, но и прежде всего подключить солнечные батареи «Спектра» к контуру станции. Для этого надо было разгерметизировать переходный отсек (ПХО) базового блока и, используя его в качестве шлюза, войти в разгерметизированный «Спектр» и заменить обычный люк на новый с электрическими разъемами с обеих сторон. Затем к разъемам со стороны «Спектра» подключить кабелями солнечные батареи.
Анатолий Соловьев вспоминал в беседе с автором: «Мы с Павлом Виноградовым вошли в скафандрах в ПХО, но при сбросе давления выяснилось, что в перчатке скафандра Павла утечка. Я снял ему перчатку, опять подсоединил — и все стало нормально. Стали опять сбрасывать давление в ПХО. Но теперь "потек" люк, ведущий в базовый блок. Я вылез из скафандра, открыл и снова закрыл злополучный люк. Дальше пошло все по плану... Вошли в темный "Спектр", начали работать. Самая главная задача: 35 кабелей надо было одним концом подключить к коммутационному блоку на модуле, а другим — к внутренней стороне крышки люка.
Но к коммутационному блоку вдвоем было не подобраться, а одному двумя руками тоже работать невозможно... Но мы приняли отработанную заранее позу "антивалетом". Вилкой с загнутыми концами, изготовленной нами прямо на станции из подручных материалов, я зацеплял очередной болтающийся разъем "маму", а Павел втыкал в него конец кабеля "папу". И, таким образом, мы к болтающимся без опоры разъемам коммутационного блока пристыковали 35 силовых и командных кабелей».
«Пришлось резать одной рукой»
Первоначально выходы на внешнюю поверхность разгерметизированного «Спектра» для поиска места негерметичности и, при их обнаружении, для герметизации планировали Анатолию Соловьеву с Павлом Виноградовым. На поверхности предстояло выполнить много тяжелых работ: вскрывать ЭВТИ и исследовать место крепления солнечной батареи на предмет трещины. Но по настоянию американцев Павла заменили Майклом Фоулом, который не был готов к таким сложным операциям, при том, что место предстоящей работы не имело средств фиксации космонавта. Отказать американцам не смогли и выход состоялся.
Соловьев рассказывал: «Майкл вышел, дошел до базового блока, зафиксировался и наблюдал за моими действиями со стороны, так как NASA запретило ему ходить на "Спектр", считая это небезопасным. И мне пришлось все делать самому. Я пришел на модуль и занялся вскрытием ЭВТИ. Это было непросто.».
Дело в том, что ЭВТИ на модуле была толстая, как матрац. Кроме того, под воздействием условий космоса она задеревенела. Соловьеву пришлось ее резать ножницами одной рукой, другой за что-то держась.
Соловьев продолжил: «Ножницы затупились очень быстро, потом затупились и все ножи... Все делал на весу. Никакого крепления, никакого якоря или трапа! Ноги в это время плавали, и никто не мог их придержать. Я стал весь мокрый от пота, но справился. Заснял место крепления батареи и согнутые кронштейны радиатора системы терморегулирования французской камерой».
Немного отдышавшись, Анатолий Яковлевич щупами замерил отклонение от вертикали корня крепления солнечной батареи. Видно было, что корень сместился от центра. Но негерметичности он не нашел, корпус в этом месте оказался неповрежденным. Потом ему в одиночку пришлось поворачивать эту солнечную батарею на Солнце.
«Я для этого он взял из станции что-то типа кочерги и багра. Засунул куда-то ногу для фиксации, зацепил батарею с одной стороны багром и тянул ее на себя, с другой толкал кочергой от себя. Батарея повернулась! Все получилось», — подытожил Соловьев.
Шаттлы выпускали воздух из «Мира»
В сентябре 1997 года к «Миру» пришел шаттл «Атлантис» с грузами. Стыковка прошла нормально. «Я подсоединил мановакуумметр, открыл клапан и стал наддувать пространство между люками стыковочных узлов. Но давление росло слишком медленно, — рассказывал Соловьев. — Я почувствовал неладное и закрыл клапан. Давление в промежутке упало почти до нуля. Я доложил на Землю. Они связались с Хьюстоном, и те вскоре выяснили, что при подготовке шаттла к запуску забыли в стыковочном узле шаттла закрыть клапан сброса атмосферы». Из-за этого воздух из станции через клапан в стыковочном узле шаттла сбрасывался наружу. ЦУП Хьюстона выдал необходимую команду на шаттл — клапан закрылся. Наддув прошел нормально.
В январе на «Мир» прибыл следующий шаттл — «Индевор». И все повторилось! Анатолий Соловьев, наученный предыдущим опытом, сразу доложил об этом на Землю и назвал причину. Наш ЦУП связался с Хьюстоном и тот закрыл злополучный клапан. Повторялось ли это в следующих полетах шаттла, выяснить не удалось.
Карьера Анатолия Соловьева после полетов в космос
Во время пятого полета Анатолию Яковлевичу Соловьеву исполнилось 50 лет. Все его поздравляли, но на душе было неспокойно. В то время существовало положение: полковников увольнять в запас в 50 лет. Поэтому 4 мая 1999 года после окончания необходимого периода реадаптации и положенного отпуска полковника Соловьева исключили из списка части (Центр подготовки космонавтов тогда был воинской частью № 26266, начальник генерал-полковник Петр Климук).
Несколько лет он проработал в разных коммерческих структурах, а потом ушел окончательно на пенсию.

Роскосмос Медиа
Живет в Леонихе недалеко от Звездного городка. Занимается домом, садом, внуками.
«В юности я очень любил гонять на мотоцикле, — признавался Соловьев автору. — Сейчас эта любовь передалась моему младшему сыну Илье. Мы с ним купили мотоцикл М-72 примерно 1947 года выпуска, разобрали его, почистили, снова собрали, покрасили — в общем восстановили. Заниматься этим было очень интересно, и сейчас у нас есть раритетный мотоцикл 80-летнего возраста, причем на ходу».
Семья Анатолия Соловьева
Анатолий Яковлевич рассказывал: «После школы я поступил Латвийский госуниверситет. Там я познакомился со своей будущей женой Наташей [Наталией Васильевной Катышевцевой]. Через семь лет Наталия стала моей женой». До пенсии Наталия Васильевна работала инженером НИИ авиационного приборостроения.
Анатолий и Наталия вырастили двух сыновей Геннадия (25 мая 1975) и Илью (25 сентября 1980)
Награды Анатолия Соловьева

• Медаль «Золотая Звезда» Героя Советского Союза, ордена Ленина, Октябрьской Революции, Дружбы народов, «За заслуги перед Отечеством» II и III степени, медали Лауреат Премии Правительства России;
• «Золотая Звезда» Героя Народной Республики Болгария, ордена Георгия Димитрова и «Стара Планина» I степени (Болгария);
• «За воинскую доблесть» и  «Дружбы и Сотрудничества» (Сирия);
• «Офицер Почетного легиона» (Франция);
• Две медали NASA «За космический полет».

Роскосмос Медиа
Ранее мы рассказывали о жизни и карьере космонавта Олега Макарова. Он и его напарник Василий Лазарев стали первым в мире космонавтами, спасенными при аварии ракеты-носителя. Подробнее — в большой биографии.
Читайте также:

• Биография Владимира Шаталова: первая стыковка двух «Союзов», первый «Салют» и несчастливое число 13
• Биография Владислава Волкова: работа под началом Королева, путь в космонавты и трагедия «Союза-11»
• Биография Олега Котова: путь в космонавты, авария на МКС и один на один с открытым космосом
• Биография космонавта Павла Поповича: первый в мире групповой полет, подготовка к Луне и «Алмаз»
• Биография Александра Иванченкова: путь в космонавты, мировой рекорд и курьезы на орбите
• Биография Александра Мисуркина: от первого лица о жизни, карьере и инцидентах в полете

[свернуть]

[АниКей]

[АниКей]

[АниКей]